Ведьмина Кюля

 – Мне одному кажется или там в поле кто-то ходит всё время?

Егор подошёл ближе, равнодушно скользнул взглядом по утопающему в густом сумраке полю и проговорил:

– Это у тебя галлюцинации, перетрудился, наверное, когда бельё помогал снимать.

– Ходжин тебе в камеди клаб нужно идти выступать, ты там определённо будешь звездой!

Бабушка Тейда к тому времени закончила замачивать сухую стружку трав в кипятке, подозвала Насто и, вручив ей жестяную кружку с отваром и тряпку, почти приказным тоном сказала:

– Иди руку ей три.

Особенно там, где кожу проткнула.

Насто принюхалась к вьющемуся у края чашки аромата, содрогнулась от терпкого горького духа, в котором тошнотворно переливалась странная нотка сладковатой гнили и присела возле Фаи.

– Ну что, давай попробуем тебя полечить. – Ободряюще проговорила она.

В этот момент снаружи словно что-то воткнулось в стену дома, фасадные доски от натуги застонали, надорванный лист кровельного железа затрепыхался как крыло мотылька, и в следующий момент всё стихло.

– Позвольте полюбопытствовать. – Профессор оторвался от чтения. – А вот где карта с той станции? И тетрадь там ещё была.

– У меня. – Отозвалась Милена, наклонилась к своей сумке, валяющей у её ног и, достав из наружного кармана находки, кинула профессору. – Нашли что-то интересное?

– Ну я как-то не совсем понял ещё, но вот сейчас уже проблёскивает мысль. – Туманно ответил мужчина и погрузился снова в чтение.

– Эй, учёный! – Бабушка Тейда остановилась в дверном проёме.

 – Ты б прервался, да с мужиками в баню пошёл. Там уже пар хороший. Давайте соколы, а потом девчонки пойдут, а потом я уже дурь выпарю из болезной вашей.

Кеша, дремавший в углу, вздрогнул от прикосновения Ходжина, сонно потянулся и недовольно спросил:

– Что тебе?

– В баню пошли.

– Не! Это без меня. Я привык мыться культурно и без компании. Ну если это, конечно, не прекрасная леди.

– Ну хочешь, я с тобой пойду? – Воткнула в него взгляд бабушка Тейда, проходившая мимо.

 – Или с мужиками. Выбирай.

Кеше вдруг стало неуютно под острым взглядом пожилой женщины, он хотел отшутиться, но потом встал и, махнув рукой, поплёлся в сторону входной двери. В холодных сенях воздух был стылый, пробирал до мурашек после жарко натопленного пространства дома. Кеша стянул с вешалки свою куртку, переступил через лужицы, натёкшие из-под двери от косого дождя и уже хотел выйти наружу, как вдруг чётко ощутил на затылке дуновение ветерка.