Контрабандистка с красным дипломом

Размахнувшись, я снова врезала по той же щеке. И пусть мне больно, но его распухшая половина физиономии приносила мне удовлетворение. Садистское удовольствие еще никто не отменял! Так ему и надо, оршу озабоченному. Они еще нам – людям – о нравственности плетут сказки! Тоже мне – моралисты галактического масштаба!

– Если бы вы еще и потрогали, дар Орш Ор, я бы вам промеж ног все отбила! – гаденько поделилась я с ним своими планами. – Считайте, легко отделались. Давайте сюда форму, размеры уже на экране.

Зеленоглазый гигант сник и даже ссутулился.

На мгновение на меня шикнула моя же совесть. Стало его даже жаль. И как бы мой разум ни верещал о том, что поделом ему, похабнику, женская душа же ему, по каким-то неведомым мне причинам, сострадала.

Я получила два комплекта формы, зеленые манжеты, пару футболок, толстовку и даже высокие ботинки. Конечно, совсем моего размера не обнаружилось. Пришлось подобрать на размер больше, но так как форма сама по себе была облегающая, это даже и лучше. Не буду среди мужиков с обтянутым задом и грудью ходить.

А то, мало ли, может, они тут все такие извращенцы озабоченные.

Все также изображая жертву женского произвола, русоволосый взвалил на мои руки три комплекта постельного белья. Белоснежного и немного хрустящего. Давно я на новеньких простынях не спала. Вот постелю их на койку и завалюсь в блаженстве. В тишине и спокойствии так приятно спать. Никаких тебе тусовок в соседней комнате, не слышно ругани подвыпивших однокурсников, никто в твою дверь не ломится.

Благодать.

А этот орш, похоже, окончательно в роль вошел. Демонстрируя невинно оскорбленного с красной припухшей щекой, шкипер повел меня в каюту. При этом вид у него был, ну прямо, собака побитая.

– Вот только не надо на жалость давить! – процедила я ему в спину. – Всегда считала оршей благородными. Вы же за пять минут весь мой мир с ног на голову перевернули и стереотипы сломали. Кто же знал, что орши озабоченные, пускающие слюни извращенцы. Да как с вами теперь вообще на одном корабле летать, мало ли, вдруг вы насильником окажетесь!

Шкипер мгновенно остановился и развернулся.

С его лица слетела маска обиды. На меня смотрел серьезный мужчина с очень умными глазами.

– Да, был неправ, – четко проговорил он, видимо, извинения. – Да, не удержался и заигрался. Ты красивая, с этим не поспоришь. Я мужчина, которому ты приглянулась. Да, я позволил себе лишнее и увидел то, на что права не имею. Виноват, но не приписывай мне лишнего. Теперь идем.