Ритуал для призыва профессора

В какое-то мгновение я реально испугалась перспективы получить разрыв сердца.

– Утихни писклявая, – кто-то отвесил мне ощутимый подзатыльник. Рот я прикрыла мгновенно и выпучила глаза от ужаса. Оно еще и дерется!

В общем, свое мнение относительно рукоприкладства в полной мере высказать я не успела. То, что подзатыльником призвало меня к порядку, обвилось вокруг моей талии и выдернуло из рук Хаула.

Оказавшись подвешенной в воздухе на уровне глаз покрытой корой дубовой рожи, я поняла, что срочно хочу в туалет.

И лучше, если заветный и в данный момент недосягаемый фаянсовый друг будет находиться в моем мире.

– Доступ на все уровни библиотеки дан, – раздалось громогласное из дупла, что служило дереву ротовым отверстием. Глаза монстра хранителя полыхнули ослепительным фиолетовым пламенем. И мне снова захотелось позорно слечь в глубоком обмороке.

Немного встряхнув моё тщедушное хрупкое тело, хранитель с долей пренебрежения впихнул меня обратно в руки к ДартФао. Глаза дуба еще раз моргнули и закрылись.

– Теперь бежать можно? – тихо выдохнула я.

– Что же ты трусливая такая? – хохотнул Хаул. – Ну, разве допустил бы я, чтобы ты пострадала? Смелее быть нужно, Ирина.

Ну, надо же. Будет он тут меня жизни учить.

– Это не трусость, студент ДартФао, – высокомерно заявила я, – а хорошо развитые инстинкты самосохранения. В любой непонятной ситуации сначала спасаемся бегством, а уж потом задаем вопросы.

Хаул лишь хмыкнул, а вот ректор принял самый строгий вид. Я поняла – сейчас отчитает.

На себя бы глянул, когда с моими книгами в обнимку плясал по кабинету. Но, нет, свое бревно же в глазу не заметно! А вот когда бедная иномирная девушка с тонкой хрупкой душевной организацией видит перед собой то, чего вообще существовать не должно, и пугается до одури – это, конечно же, возмутительно! Одним словом, все вокруг бесчувственные полена, а я ранимая ромашка!

– Ирина, мы, конечно же, понимаем какой стресс вы испытали за последние сутки, – начал свою речь ректор и тут же нарвался на мой скептический взгляд.

 – Но все же будьте сдержанней, – продолжил он уже не столь строго. – Хронок один из древнейших энтов, проживающих на этом острове. Он достоин уважения, а вы повели себя не с самой лучшей стороны.

Я открыла было рот, чтобы пояснить, что в моем мире дерево с глазами – это признак психического расстройства, но не успела и пикнуть, как снова забасило уважаемое аборигенами древо.

– Оставьте, ректор Фигр, реакция женщины вполне ожидаемая.