История одной тени

Её попытались привести в чувство, но она не шевелилась. Лицо её побледнело. Он рванулся к своей иррам, но и коснуться её Турну не позволили – продолжали держать.

– Провидец не мог ошибиться! – внезапно Лавна закричала и заметалась по комнате. – Он никогда не лжёт!

Она вернулась к колыбели, перехватила кинжал в другую руку и занесла её над ребёнком. С бешеным криком ярости Торай опустила оружие, но острие не успело коснуться нежной бежево-серебристой кожи.

Лавну схватили и выбили клинок. Она кричала как обезумевшая, пыталась добраться до ребёнка, но её оттаскивали к двери.

Гость почитаем и уважаем в доме, но, если он собирается совершить убийство – превращается во врага. Этого жители допустить не могли.

Турн сидел на полу, обняв и прижав к себе ослабшую иррам жену. Теперь не было рук арди на его плечах, никто не удерживал его. Ифия размеренно и тихо дышала, постепенно возвращаясь в сознание. Как только её глаза открылись, слёзы скорби потекли по щекам, и она вцепилась в жилет Турна.

– Успокойся, уйми свой плач, иррам, – Турн гладил её по рыжим волосам, но она не могла успокоиться.

Младенческий крик и покачивание колыбели заставили её нутро встрепенуться. Она попыталась встать, но не смогла. Простонав и прижав ладони к вискам, Ифия взмолилась и возблагодарила Киросу за спасение ребёнка.

– Отныне и впредь тебе не рады в Туариме! – громыхнул Турн, посмотрев на Торай Воды. – Весть о твоём святотатстве в этом доме разлетится по всему краю! Ты – нежеланный гость даже в храме Земли! Уж я позабочусь.

– Это не тебе решать, немощный алака! – разъярилась Лавна. – Ты больше не Торай! Ты больше не Её маг! Ты – никчёмный земледелец! Вы все…

Несколько ударов по лицу крепкими кулаками байсаров заставили Лавну сжаться и закричать. Турн был не рад тому, что в его жилище устроили расправу над высшим магом. Но как-то же нужно закрыть рот непокорной ардийке, чтобы она не смела больше поносить жителей Туарима.

Внезапно дверь дома распахнулась с такой силой, что треснула и покосилась.

Все арди мигом отступили к стенам, вжавшись в них подобно трусливым детенышам каарши – местной дикой собаки. Турн и сам обнял крепче иррам. Сейчас он видел тех, кому весь Ардос обязан процветанием и миром – двух Вахди.

Лавна скорчилась от мучений, рухнула на пол, выгнулась и задёргалась в судорогах, из её тела выплывала дымка, плавно двигаясь по направлению к Ладии, Вахди Воды, которая замерла на пороге, вытянув раскрытую ладонь вперёд.