Человек в коричневом бадлоне

Я достал бутылку виски из мини бара, налил в крышечку, растер виски. Виски помогает вылечить больные виски, запомнить очень просто. Знай, переставляй ударение туда-обратно. Я не пил, по службе было воспрещено. Алкогольный запах из моего рта долетел бы до острых ушей шефа в Москве в считанные секунды. Буквально. Посасывало под ложечкой. Не знаю, кто это придумал, более дурацкой фразы сложно вообразить. Во-первых, почему ложечка? Почему именно там? И кто сосет под ложечкой? И кто должен сосать? И почему в определенные моменты в жизни сосет, а в другие – нет? Столько вопросов, и ни одного ответа.

Я открыл окно, высунулся и три раза условлено помахал в темноту. Мне трижды прогудели снизу, к сожалению, так и не понял, что это была за машина, что ж, придется разбираться на месте. Дважды нажал на старинную помпу мужских духов. Духам было лет 200, не меньше. Сама жидкость была уже мутной, что-то плавало внутри. «Души предыдущих агентов»,– съюморил я про себя, но было как-то не смешно. Я был собран. Посмотрел на себя в огромное зеркало в ванной с лепниной. Посмотрел, проверил зубы на извечный фантомный листик салата – сейчас не было, но он мог в любой момент появиться. Одернул пиджак. Мотнул головой, чтобы волосы красиво рассыпались в мягком свете лампы. И вышел за дверь. Деревянная дверь номера мягко защелкнулась, но я облегченно вспомнил, что взял карточку от номера и даже сунул ее в пиджак, что было удивительно. Я страдал всеми «профессорскими» недугами: забывчивостью, рассеянностью, извечным склерозом. Швейцар открыл передо мной двери лифта, я зашел. Проверил лифт на негатив: ой, сколько же тут было скандалов, крикливых жен, вопящих на своих мужей, пьяных в стельку, заливающих свое семейное несчастье от таких жен, любовников и любовниц всех мастей, несчастных миллионеров, известных актеров, актрис, власть держащих: лифт был наполнен энергией денег, пафоса, высокомерия, а так же слез, тоски, разочарований, агрессии и гнева. Тоненькие темно серые паутины в углах лифта, невидимые обычным глазом, означали пристрастия проезжающих к алкоголю и наркотикам. Live fast, die young. Огромное количество денег не гарантирует счастливой жизни. Я поправил свои невидимые усы, мне было некомфортно. Мне, с таким опытом работы, с такими уровнями защиты, с таким количеством заклинаний, как портупея, опутывающих меня по всем периметрам моего тела: мне было некомфортно от скопления такого негатива в углах лифта.