Никаких принцесс!

Вот оно! Если появился злодей, значит, сказка продолжается – и есть возможность снять проклятие с Вейла и десятка спящих в гробах девушек. А не вернуться к маме с пустыми руками.

Горгулья не мигая – да и странно, если бы она мигала, она же каменная, – смотрит на меня и совершенно точно не одобряет.

– Тогда я не могу позволить вам пройти.

Я тоже на нее смотрю. Тоже не одобряю.

– И вы собираетесь держать замерзшую босую девушку за воротами?

Горгулья склоняет длинную птичью шею – каждое каменное перышко противно скрипит.

– Героям не место на балу злодеев.

– А кто сказал, что я герой? – изумляюсь я. – Я еще какой злодей! Вы таких, как я, никогда не видели.

Горгулья нависает надо мной – но уже не страшно, скорее обидно. Тоже мне, закрытая вечеринка! Я что, фэйсконтроль не прохожу? Потому что босая?!

Это дискриминация, в конце концов! По признаку обуви.

– Докажите, – решает наконец горгулья. – Что вы сделали злобного?

– М-м-м… Я заставила заснуть вечным сном в хрустальном гробу пригласившего меня в свой дворец принца.

Без возможности проснуться. И это только вчера. А еще я… м-м-м… сняла проклятие мертвого сна с другого принца, чтобы потом перед всем королевством сказать ему «нет» у алтаря. А потом…

Но горгулья машет каменными крыльями, чуть не сбивая меня с ног и заставляя замолчать.

– Добро пожаловать, Ваше Злобнешейство.

– Уже? Но я еще не закончила…

– …Как вы хотите появиться на балу? Я могу вам чем-нибудь помочь? Провести вас через парадный портал, или к галерее пыток, или…

– Спасибо, но будет достаточно, если вы меня просто перебросите через эту стену и покажете дорогу.

Горгулья приседает передо мной:

– Забирайтесь мне на спину, госпожа.

Я окончательно рву подол платья, в которое меня одели во дворце Вейла. Ну и не больно-то оно мне нравилось. Никогда не любила розы, особенно на ткани типа «тюль». Я в ней была похожа на балерину, а сейчас вполне, наверное, напоминаю злодейку. Еще бы оставшиеся розы перекрасить в черный…

– Может быть, мне отнести вас в комнаты отдыха, госпожа? – словно прочитав мои мысли, интересуется услужливая горгулья.

– А они как-нибудь связаны с пытками? – на всякий случай спрашиваю я. – А то у меня на пытки аллергия.

– Нет, госпожа, – успокаивает горгулья и поднимается в воздух, а я, распластавшись на ее спине, чувствую себя пришпиленной бабочкой. Только бы не упасть!

Внизу проносится стена, по которой бродят какие-то тени, на поверку оказывающиеся троллями.