Величие. Книга 4

Аурелий обратил взор в колышущуюся глубину парка – и силы земли утихли, как умилостивленные боги; взглянул на лианы Пьерше, толстым слоем покрывшие стены дворца, – и те обратились в прах; облака рассеялись, в ясной холодной вышине вновь замерцали звёзды.

– Не надо ничего объяснять. Возвращайся в свои покои и отдыхай, – это было первое, что император произнёс, обратившись к Арэйсу.

Та быстро поклонилась и исчезла, телепортировавшись.

– На этом наш бал закончен. Полагаю, каждый из вас сделает для себя исчерпывающие выводы.

Давайте же и дальше наслаждаться миром и спокойствием. – Это уже относилось к гостям, и никто не посмел возразить. Да и потрясение за этот вечер было слишком сильно, чтобы продолжать какие-либо беседы. Всем требовался отдых.

До тех пор, пока дворец не опустел, Аурелий не глядел в сторону Орсинь…

* * *

– Посмотри, что ты натворила! – в гневе рявкнул он, воззрившись на эльфийку, едва они оказались наедине в морской гостиной.

На скулах императора ходили желваки.

– Я?! – тут же взвилась Орсинь. Глухое нервное напряжение наконец-то обрело выход, переплавляясь в злость. – Всё шло по плану, я не понимаю, почему Арэйсу…

– Вот именно! – ощерился Аурелий. – Ты заставила её снова убивать, подвергла её психику риску! Под Стевольпом она и так уже пыталась покончить жизнь самоубийством.

Эльфийка на секунду онемела.

– Что? Почему… почему ты мне раньше не говорил об этом?! Да если бы ты остался во дворце, ситуацию можно было бы быстро взять под контроль! Где ты находился, что тебя никто не мог найти?!

– Это… это не твоё дело! – Император запнулся, затем вновь вспыхнул.

 – Я был против показательной казни, и всё, что произошло, – только твоя, твоя и твоя ответственность!

Он тяжело дышал от ярости. Орсинь изумлённо распахнула глаза.

– Твои друзья не возражали против моей идеи.

– Не надо притворства, мы прекрасно понимаем, о чём я говорю, – устало отмахнулся Аурелий. – Ты делаешь всё что хочешь и никого не слушаешь! Орсинь, скажу честно: ты стала… какой-то жестокой.

 – При звуке этих слов эльфийка вздрогнула, как будто её ударили, но Аурелий предупреждающие поднял ладони. – Может быть, я подобрал неверное определение, но что-то идёт не так.

– Но ведь я всегда была такой! – негодующе воскликнула эльфийка. – Разве ты не понял это ещё во время Летнего Разгара? Я всегда иду на всё ради своей цели. Я никогда не поступаю бездумно, я взвешиваю и выбираю наиболее эффективный вариант.