В капкане у зверя

Нужно думать о чем-то другом! О чужаке, который бродит по его территории, о самоуправстве Юли, о Богдане, который всерьез намерен притащиться сюда на все восемь охот. Но только не о нежной коже и блестящих карих глазах.

Немного успокоившись, Давид вернулся в машину. Теперь он вел аккуратнее, контролируя каждое движение. Он заставил себя забыть Анну, сосредоточившись на заботах о безопасности стаи. Еще через час изнурительной борьбы с самим собой. Лишь бы не давать странным мыслям пробраться в голову. Не думать об этой женщине.

Не хотеть ее. Не представлять, как все между ними будет. Не хотеть, чтобы она стонала под ним, выкрикивая имя. Не желать, чтобы ее ногти до крови исполосовали его спину, пока из ее памяти не сотрутся другие. Чтобы остался только он. Не думать… Не думать! Она – никто. Просто очередная маленькая проблема, с которой он запросто справится. Если сможет взять себя в руки.

Лес неожиданно кончился. Под высоким чистым небом раскинулись холмы. Ярко-зеленые, как будто бархатистые. Они манили скинуть одежду, обратиться и бежать по бесконечным просторам.

У подножия одного из них примостился добротный деревянный дом с треугольной крышей, трубой и маленькой банькой. Дом Стаса. Заимка, как он сам любил его называть. Давид бросил машину у кромки леса и, не торопясь, побрел к крыльцу. Запах Стаса развеялся, из дома не доносилось ни звука. Придется ждать. Снова наедине с собой и своими мыслями. Давид опустился на деревянные ступени, всматриваясь в лесную стену. Он уперся локтями в колени и растопырил пальцы. В памяти всплыл сосредоточенный взгляд Анны. Что она пыталась рассмотреть на его ладонях? Каких-либо украшений он не носил – при обращении все слетало и могло потеряться. Не то, чтобы в городе он часто выпускал волка наружу, но привычка брала свое. Исключение составляли лишь часы. Единственное, к чему он испытывал слабость. Карта звездного неба украшала циферблат, а лунный календарь служил утешением, когда от Питера хотелось лезть на стену. Они выглядели просто, однако были дорогими. Но вряд ли Аня могла оценить их истинную стоимость. Искала кольцо, как он и подумал вначале? Тоже вряд ли. В ее взгляде не было алчности, с какой подобные ей нищие девицы выискивают свободного мужика побогаче. Он специально не вынимал руку из кармана, хотел посмотреть на ее реакцию. Но реакции и не было. Давид поднес к лицу перепачканные в извести пальцы и вдохнул. Неожиданно стало очень важным выяснить, в чем причина каждого ее действия.