Герцог-авантюрист

Уже в экипаже Клара сказала:

– Все это ужасно интересно, Алтея. Ведь если Страттон ищет мести, то у любого возникнет вопрос: кому он собирается мстить и за что? Между прочим, он довольно влиятельный человек, герцог… Кто же обошелся с ним настолько дурно, что он вознамерился отомстить? Что же касается его опасности для окружающих…

– Пожалуй, я могла бы навести справки и выяснить подробности, – отозвалась подруга.

– Я тоже попробую. Посмотрим, что нам удастся узнать об этом человеке. Возможно, это ляжет в основу одной из статей в журнале.

Клара умолчала о том, что новая информация, вероятно, поможет ей избавиться от необъяснимых и неучтивых ухаживаний герцога.

Глава 4

Его с ног до головы покрывала пыль. Пыль поднималась с переворачиваемых им страниц и оседала на сюртуке подобно железным стружкам на магните. Но Адам продолжал перелистывать страницы старых газет, более заинтересованный не самими публикациями, а тем, о чем авторы умолчали. Смутный намек здесь, бесцеремонная ссылка там, упомянутое вскользь имя – он собирал информацию по крупицам, зная, что не найдет открытого обсуждения событий, так его интересовавших.

Герцог пришел в редакцию газеты «Таймс» в последнюю очередь – после того как посетил редакции других газет и журналов. И везде имелись экземпляры старых выпусков. Одни хранились в просторных библиотеках, другие – в сырых подвалах. Но Адам был терпелив и никуда не торопился, поэтому прочитал все статьи и заметки, имевшие хоть какое-то отношение к герцогу Страттону.

Некрологи оказались самыми бесполезными. Лишь в некоторых из них, помещенных в менее уважаемых изданиях, имелись смутные намеки на то, что человек покончил с собой. «Таймс» никогда не позволила бы себе писать в подобном тоне о герцоге, так что в основном превозносила достоинства и отменный вкус покойного герцога. Просматривая эти статьи и заметки, читатель ни за что не догадался бы, что нападки и провокации подтолкнули отца Адама к тому, чтобы свести счеты с жизнью.

Именно эти самые нападки и провокации и интересовали молодого человека. Конечно же, на такие щекотливые темы не говорили открыто, поэтому ему приходилось читать между строк: ведь ни один уважающий себя издатель не стал бы публиковать ничем не подкрепленные сплетни и пересуды.

И все же кое-какая информация начала просачиваться. Разумеется, никто не выдвигал никаких обвинений, но было ясно: важные люди в правительстве все прекрасно знали.