Грубиян. Табу на невесту отца

А еще чувствую, как горячее тело парня сокрушается от утробного звука и, чуть выскользнув из меня, он так резко врезается обратно, что я кричу и впиваюсь ногтями в крепкие мужские плечи, ловя на своей щеке порыв горячего дыхания.

Только его это не останавливает, и в следующее мгновение новый толчок заглушается шипящим рычанием блондина и шлепком наших тел. И это безумие не прекращается ни на минуту. Шлепок. Стон. Рык.

Шлепок.

Стон.

– Боже, мне так… так хорошо, – шепчу я, прерывисто дыша, – чертовски хорошо.

– Со мной по-другому не бывает, милая. – Сжимаюсь вокруг него от очередного грубого проникновения и, резко втянув воздух, парень выдыхает сквозь сжатые зубы, когда снова совершает сильный толчок бедрами, словно ненавидит меня. – Пиздец ты тугая.

– Боже… – выгибаюсь, царапая мускулистую спину и еще сильнее дрожа под горячим, трахающим меня телом.

– Тише, монашка, я и так готов кончить в твою киску.

Нет, нет, нет… Господи! Как я могла позволить этому случиться!

– Черт! Ты же… – облизываю пересохшие губы.

 – Ты без презерватива.

– Я чист.

– Я тоже! – выкрикиваю с протестом, но мое раздражение гасит член, ударяющий в самое сердце наслаждения.

Он так резко входит в меня, что от взрывающихся во мне эмоций я лишь судорожно ахаю, из последних сил цепляясь дрожащими пальцами за широкие плечи парня, позволяя ему и дальше двигаться во мне сильными толчками. Хватаю ртом воздух под тяжестью его веса. Взрываюсь и задыхаюсь. Эмоции такие сильные, что становится страшно.

Прикусываю губу из-за болезненных ощущений, вызванных размером члена, растягивающего меня так, что я чувствую, как с каждым толчком становлюсь для него до абсурда влажной. Не хочу признаваться себе… но… черт возьми, у него идеальный член.

Жалящая боль смешивается с удовольствием, и я теряюсь на размазанных границах разума, пока стон не срывается с моих губ. А затем блондин совершает еще один грубый толчок, заполняя меня до упора и обжигая ухо сдавленным мужским стоном.

Толчок, и снова стон. Чей? Его? Мой? Не знаю. Я уже плохо осознаю происходящее, теряясь во всепоглощающем чувстве эйфории и горячем дыхании, царапающем мой висок. Потому что с каждой секундой он начинает трахать меня, словно животное. Жадно, яростно, быстро. Врезаясь так, что мое тело скользит вверх-вниз по шелковому покрывалу.

Не знаю зачем, но я дотягиваюсь рукой до тумбочки, чтобы включить ночник. Хотя вру. Знаю.