Без любви не считается

На серых металлических дверцах развешаны полароидные фотографии, сделанные Мышью четыре года назад на новогодней тусовке. Задерживаю внимание на одном из кадров, где Дима и Рома сидят у меня на коленях, нацепив красные колпаки. Отличное было время, первый год нашей музыкальной общаги, в которую мы превратили этот дом, никаких постоянных баб и разговоров о правильном питании.

– Марк, может, нам уже стоит поговорить? – спрашивает Соня.

– Давай лучше с Димой, он это больше любит, – отмахиваюсь я, шагая к двери, чтобы убраться отсюда как можно скорее.

– Ты так и будешь вести себя, как козел?

– Пока ты ведешь себя, как чокнутая сталкерша, – да.

Покидаю кухню и, минуя широкую арку, что ведет в столовую, наконец добираюсь до лестницы в маленькой гостиной. Правда, успеваю подняться лишь на середину пролета, оставшись незамеченным.

– Руки вверх! – раздается за спиной веселый голос.

– Дим, я купил фрукты. Они на кухне. Отвали.

Слышу громкий топот и ускоряю шаг, но он ловит меня за плечо в коридоре второго этажа и разворачивает к себе лицом.

Его глаза округляются, улыбка тянется от уха до уха.

– Выглядишь, как комок шерсти, сблеванный котом, – смеется он.

– А ты, как пожеванная бабкой жвачка, которую она нашла под автобусным сиденьем.

– Эу, – кривится Дима. – Ты победил.

– Супер, а теперь иди на хрен.

– Мышь искал тебя.

– Вся работа завтра.

– Ты что, бухал? – он трет пальцами нос.

– Да, Дима. Я бухал. Еще вопросы есть?

– Спустишься к ужину?

– Нет.

– Но я хочу тебя с ней познакомить, – обиженно говорит он.

– И ты не боишься, что я и ей под юбку залезу? – Бросаю козырь в надежде, что Диме больше нечем будет крыть, но на его лице появляется то самое выражение родительского умиления, которое бесит меня больше всего.

Он хлопает меня по плечу и шагает назад к лестнице, бросая коротко:

– Ужин в семь!

Сжимаю пальцами переносицу и распахиваю дверь в свою комнату.

Подхожу к высоким окнам и задергиваю блэкаут-шторы, оставляя солнечный свет снаружи. Падаю на кровать, закрывая глаза, и собираюсь проспать до завтрашнего утра, но в голове все крутятся слова Димы.

«Семейная тусовка».

«При том, что ты мой братан».

«Я хочу тебя с ней познакомить».

Переворачиваюсь на живот и обнимаю подушку, прижимаясь к прохладной ткани щекой. Ничего не знаю. Мне нужен хороший сон.