Пленница Дикаря

Он делает выпад вперёд и, хватая меня за руку, рывком скидывает с лестницы. Очередная порция боли пронзает моё тело, но у меня нет времени на слезы. Надо бежать отсюда. И как можно скорее.

Я сжимаю руки в кулаки, ощущая, как страх вперемешку со злостью бурлит в моих венах. Смелости придает мысль, что если бы хотел убить – убил бы сразу. Хотя, возможно, жизнь под его властью будет хуже смерти.

Следующим движением я бросаюсь к двери, но ватные ноги подводят меня, и, запнувшись о развязанный шнурок, я падаю пластом на пол.

– Убери от меня руки! – не переставая кричать, я поднимаюсь с его помощью на ноги и начинаю отталкивать мужлана. Волосы у меня все спутались, и неряшливые пряди падают на лицо. Ей богу, я сама выгляжу как дикарка, в разорванном топе и с растрепанной шевелюрой. Но сейчас для меня это всё не важно. Чувствую, как в ушах бьётся собственный пульс, а моя грудь лихорадочно вздымается и падает в такт неровному дыханию.

Молча пронзаю его свирепым взглядом исподлобья. Но попыток бежать больше не принимаю…

Все мое тело напряжено, я как оголенный нерв. И, видимо, наши характеры схожи, ведь его тоже раздражает моя реакция. Нервно дернув головой, он издает рык и, хватая меня за шею, грубо усаживает за стол. Я цепляюсь руками за края столешницы и пытаюсь оказать ему сопротивление, но это бесполезно. Словно скала, Дикарь придавливает меня к стулу и, схватив за волосы, задирает мне голову.

– Витко вин! [Глупая женщина!] – рявкает он, касаясь лица своей жёсткой щетиной.

Мои ноздри шумно вбирают воздух, а челюсти сводит от того, как сильно я их сжимаю. Дикарь небрежно откидывает мою голову и стремительно удаляется. Но я решаю не искушать судьбу и не двигаюсь с места. Сижу и жду. Не понимаю, чего от меня хочет это животное. Мысль о том, что лучше бы он меня убил, кажется не такой уж и плохой…

«Говард, надеюсь, ты успеешь найти меня вовремя…» – тоскливо проносится в голове.

Мои тревожные мысли обрываются, когда на стол шлепается шматок мяса и черствый кусок хлеба. А затем в деревянную столешницу вонзается нож, и я вздрагиваю от неожиданности. Дикарь садится напротив и пристально изучает меня. От его плотского взгляда становится не по себе, и я аккуратно поправляю спавшую лямку топа. Его глаза тут же чернеют, и он откидывается на спинку стула, жестом показывая, чтобы я отрезала кусок мяса.