Авиатор: назад в СССР 4

Я повторял про себя всё, что говорил Швабрин, и следовал за ним. Слышимость в шлеме была уже не такой, поскольку поток воздуха сильно задувал внутрь.

На прямой до третьего разворота заняли необходимые пятьсот метров. По своим приборам и не проконтролировать высоту. Не всё у меня так хорошо работает. Радиовысотомер в этом отношении не очень точен, в отличие от барометрического. Он больше для полётов на предельно-малой высоте.

Уже одолевает меня усталость от этого полёта. Хорошо, что заходить будем с круга, а не двумя разворотами на сто восемьдесят.

Быстрее получится оказаться на земле. Но нужно ещё сесть.

– Шасси… выпускаем… на раз… два, – специально делая разрывы между словами, скомандовал Швабрин. Этим он давал мне время нащупать кран шасси.

Обороты контролировать надо, чтобы не было сильной потери скорости. Сейчас тряска будет немного, по педалям побьёт. Это нормально при выходе взлётно-посадочных устройств.

– Третий, крен тридцать, скорость четыреста пятьдесят… установили. Паашли!

Разворот будет влево, а значит, я иду с принижением относительно Швабрина.

Выпускаем закрылки, и далее начинаем снижаться с вертикальной три метра в секунду. К четвёртому развороту нужно уже занять триста метров.

– Сопка, Восемьсот четырнадцатый на четвёртом, заход парой с посадкой.

– Восемьсот четырнадцатый, заход, – ответил руководитель полётами.

– Влево, крен тридцать градусов, не снижайся. Паашли! – спокойно говорил Швабрин. – Сопка, не мешать.

Вышли из четвёртого разворота.

Поздно начал прибирать обороты, поэтому и поравнялся с Федоровичем.

– Обороты шестьдесят пять и продолжаем уменьшать. Не резко. Ручку слегка на себя. Сейчас пройдём дальний.

Сработал маркер дальнего привода. Даже в таком шуме воздушного потока звуковое обозначение пролёта слышно отчётливо.

– Выравниваем. Подходим к полосе. Взгляд влево и вперёд.

Обороты уменьшаю на «Малый газ», ручку ещё на себя, чтобы аккуратно приземлить самолёт на основные стойки.

– Касание… и теперь нос.

Тормозной выпускай.

Выпускаю, да только торможения нет.

– Оборвал парашют, тормози, – спокойно сказал Швабрин, который уже не движется со мной параллельно.

Торможу, но чувствую, что не так останавливается самолёт. Перед собой ничего не видно из-за растрескивания передней части. Мимо пронеслась вторая рулёжка.

Убрал закрылки, а тормозной рычаг отпустил полностью. Автомат растормаживания выключил и снова давлю на рычаг. Не помогает.

– Аварийно тормози.