М. Берг. Чашка кофе (Четыре истории)

 – Хотя… Не сказать, чтобы я действительно целенаправленно пытался…

– Да ты что?! – Магуш вскочил, вытянул морщинистую шею и уставился на Марта округлившимися глазами, отчего стал похож на грифа, возмущённого наглостью откровенно потерявшей страх мелкой зверушки. – Ты всё это время имел уникальную возможность и до сих пор не воспользовался ею?!

– Но я даже не знаю, как…

– «Как»? «Как»?! Ты что, издеваешься?! – маг навис над Мартом, всматриваясь в его лицо недоверчиво и так яростно, словно готов был при малейшем подозрении во лжи и насмешке тут же уличить его – да и казнить на месте безо всякой пощады.

Непонятно, выдержал ли Март проверку, но Магуш громко фыркнул и заметался по хижине, нервно теребя бороду и время от времени взмахивая руками. Создавалось впечатление, что он спорит сам с собой. Не иначе, бедолага окончательно подвинулся рассудком: старость, одиночество – и вдруг внезапное появление чужеземца… Наблюдая в полной растерянности за этой беготнёй, Март ругал себя последними словами, что пошёл на поводу у жалости и сдуру развязал язык, спровоцировав припадок у и так явно не вполне нормального (а к тому же, судя по возрасту, и весьма близкого к маразму) аборигена.

Внезапно маг остановился, и взор его горел.

– Ты хочешь увидеть своего ангела ещё раз? Наяву? И именно тогда, когда будешь готов к встрече?

– Ну… Конечно… – не решился перечить убогому Март. – Хотя…

– Уговорил! – махнул рукой Магуш, как саблей рубанул, и восторженно погрозил пальцем: – Ай, какой хитрый юноша! А я-то, глупый старый хрыч! Простодушный деревенщина, я решил, что путник из далёких земель забрёл в мою лачугу случайно! Ай-ай-ай! Но теперь-то я понял!

Старый маг больше не улыбался.

Он склонился к Марту, и багровые отсветы догоравших в очаге углей превратили его лицо в зловещую маску.

– Что ж, – сообщил он громким шёпотом, – ты нашёл того, кого нужно!

Затем он степенно прошествовал к своей циновке и некоторое время устраивался на ней поудобнее. Видимо, таков был его излюбленный метод: заинтриговав собеседника, заставить ждать, всё больше сгорая от нетерпения и любопытства.

Март действительно затаил дыхание, и всё же в его нервозном ожидании очередной сумасбродной выходки эксцентричного старика, возомнившего себя чародеем, любопытства содержалось значительно меньше досады. Однако, помимо досады и беспокойства, в душе возникло, дав знать о себе едва ощутимой дрожью, и совсем иное чувство…

Магуш замер.