М. Берг. Чашка кофе (Четыре истории)

Другие мыслители, для которых теизм не пустой звук, добавляют: внутренняя двойственность появилась не сразу – неприятие Бога привнесено извне позже, меж тем как ощущение Его всеприсутствия заложено в душе изначально…

– Невежественный ум готов бить поклоны чему угодно! Известна история, когда примитивное племя поклонялось сплетённой из прутьев довольно точной модели самолёта: где-то неподалёку была авиабаза, и странные штуки, похожие на не машущих крыльями птиц, часто пролетали над территорией аборигенов.

– С какой, однако, надменностью вы относитесь к мировосприятию дикарей! Но… разве сами занимаетесь не тем же? Поклоняетесь отблескам необъяснённых явлений, возводите «храмы науки», открывая, наблюдая, описывая, выискивая закономерности в бытии бесчисленного разнообразия «странных штук с авиабазы неподалёку»? Вы забираетесь всё дальше, достигнув уже недоступной органам чувств области, но в своей одержимости вычертить строение каждого винтика всё так же не ухватываете сути.

Те аборигены – такие же безбожники, только, как вы сами заметили, примитивные. И стезя у них, дикарей примитивных, и у вас, цивилизованных, общая – идолопоклонничество и суеверия. Но суеверие – не вера. Вера – это то, что идёт из глубины души, а душа ведает больше, чем знает самый искушённый разум. Надо лишь приложить усилие и вспомнить, что она у вас есть.

– Вспомнить… Ну… тут я спорить не готов: душа человеческая – потёмки, – отступил Рэй, задержавшись взглядом на лице собеседника.

– Не для Господина нашего. Только не для Него.

Рэй развёл руками: мол, что ж поделать – каждый при своём.

Он молчал некоторое время, покусывая губу. Видно было, что не давал ему покоя такой финал – слишком похожий на поражение, чем на заявленную им ничью.

– Ну, может, когда-то наука и до устройства души доберётся, если таковая существует, – всё-таки не удержался он.

– Не дай Бог, – без особого интереса откликнулся Форман, нашедший себе занятие более, должно быть, важное, нежели бестолковая словесная дуэль: он достал салфетку и теребил её теперь, тщательно протирая подушечки пальцев.

– Исчислит, взвесит… – не унимался Рэй.

– Клонирует, ещё скажите.

– И первый важный шаг уже сделан: тайна происхождения жизни, её эволюция к разуму – наука постепенно разгадывает этот ребус.