М. Берг. Чашка кофе (Четыре истории)

Они-то и есть главные противники Господа – те, кто всё знает, но сознательно идёт наперекор! И вот, пререкаясь с Богом, человечество уже балансирует на грани выживания: кризисы и катастрофы – внутренние и внешние… О близости некоторых из этого сонма кошмаров оно сейчас даже не подозревает!

– Ну… пусть применение добытых знаний трудно контролировать, не стоит, однако, во всём винить стремление человека докопаться до основ. Хотя, ваша правда, будет невероятной удачей, если человечество продержится в течение ближайших пары-тройки тысяч лет, причём не просто выживет – разовьётся достаточно для того, чтобы…

– Пары-тройки тысяч? – Форман хмыкнул.

 – Ну вы оптимист!

– Как бы то ни было, мы должны выжить! И мы можем выжить – надо только приложить усилия, а не ждать неизвестно чего неизвестно от кого!

– Церковь именно тот ковчег, что спасает…

– Каким образом? Пытаясь привести народы к общему мифу, хорошенько для этого подстёгивая неотвратимостью мировой катастрофы? Наука найдёт оптимальный путь без привязки к идеологии, религии и прочим манипулятивным измышлениям!

Форман отодвинул от себя превратившуюся в бесформенный комок салфетку, которую он до сих пор так и мурыжил в руках.

– Мне жаль вас, Рэй, честно, – лицо его, однако, выражало не жалость, а скорее рутинную брезгливость лаборанта, наблюдающего в очередной чашке Петри всё тот же, повторяющийся от раза к разу, привычно-мерзкий результат.

 – Вас угораздило оказаться на ошибочной позиции, и теперь, поддавшись заблуждению ложной ясности рационального мышления, вы прочно увязли там, исповедуя тем не менее абсолютно иррациональную веру во всемогущество человеческого разума и его ведущую роль. Ведущую куда? А вот этого вы и сами толком не представляете – на это вам восхваляемой вами же ясности не хватило. Такой вот из вас в итоге получился парадоксальный сплав. И ничего другого не остаётся, кроме как пожалеть вас.

– Не стоит сожалений, – буркнул Рэй. – Это мой осознанный, выстраданный даже… – он запнулся и, будто что-то подкатило к горлу, прокашлялся, – …мой выбор.

Форман пожал плечами и с прежней смесью гадливости и разочарования на лице принялся изучать обстановку зала. Рэй же поразмышлял о чём-то, кусая губу, потом стукнул кончиками пальцев по столу.

– Вот вы, Форман, окончательно определили меня в стан принципиальных атеистов.