М. Берг. Чашка кофе (Четыре истории)

Дальность, вес пули, поправка на ветер, особенности движения цели и биение собственного сердца… – все бессчётные переменные сошлись в одном уравнении, последний элемент которого – время – уже на исходе. Траектория полёта пули уже построена, она существует в объективной реальности настолько явно, что удар бойка о капсюль патрона абсолютно неизбежен – пустяк, незначительная формальность. А я – я всего лишь посредник между реальностью потенциальной и реальностью свершившейся, и от меня уже ничего не зависит.

Я просто воплощаю неизбежное.

Мужчина обернулся и посмотрел прямо мне в глаза. Почувствовал? Ну пусть смотрит, пусть чувствует – он никоим образом не может меня видеть и тем более помешать. Я – рука судьбы! И никому не изменить предначертанного!

Будто стылым воздухом пахнуло из колодца. От позвоночника по всей спине сыпанули мурашки, и шею сковало – так напряглись мышцы. Невероятно ясное чувство, что кто-то смотрит на меня пристально, прищуривает глаз, наводит перекрестье прицела, выбирая точку, куда войдёт жужжащий кусочек свинца с жалом стального сердечника.

Между лопаток засвербело, будто именно туда неизвестный собрался положить пулю. Непреодолимое желание обернуться…

Признаюсь, несмотря на всё своё хладнокровие, в тот миг во мне что-то дрогнуло. Сердце замерло, и было полное ощущение того, что следующего удара я уже не дождусь.

Только лишь тренированность и многолетний опыт, что сделали меня истинным профессионалом, не позволили сорваться – вскочить и побежать сломя голову прочь. И в этот наполненный холодом миг между ударами сердца мой палец сам по себе плавно нажал на спуск.

В глазах как электричество коротнуло, и грохот оглушил меня. Поперёк позвоночника ударило очередью. «Всё. Отвоевался», – гас отпечаток мысли в ожидании тьмы.

Но… вспышка молнии, и – снова гром! Капли дождя, тяжёлые, словно пули, колотили в спину…

***

Заказ был исполнен. Объект ликвидирован. Но после я много раз прокручивал в памяти тот эпизод, когда, не оборачиваясь и каждое мгновение ожидая выбивающий дух удар между лопаток, я поднялся на ватных ногах и покинул место засады. В ту минуту я полностью отдался судьбе, что совершенно несвойственно для меня.