В понедельник дела не делаются

Увидев среди приближавшихся людей одного в форме, они сразу поняли – по их души.

– Старший участковый инспектор майор милиции Муравьёв.

Ваши документы, граждане.

– Натольич, какие документы ночью? – худой мужик, по виду туберкулёзник, разлепил тонкие фиолетовые губы, жутковато улыбнулся. Показал металлические фиксы. – Кореш откинулся. Отметили у меня маленько. Нельзя?

– Можно, Лёша, можно. Ты знаешь, я лишнего не спрошу.

Справочка у кореша в наличии?

– А як же? – «откинувшийся», угреватый и тощий, отлип от женщины.

Маштаков, стоявший ближе других, взял у него из руки продолговатую бумажку голубого цвета, с фотографией. Справку об освобождении.

Сличил фото с оригиналом. Одно лицо. Только взгляд на фотке был затравленный, в себя, а сейчас – поддатый – парень благостно косил.

За что судим? О, серьёзно, статья сто сорок шестая часть вторая УК РСФСР. Квалифицированный разбой. Срок девять лет. Начало срока… Окончание… Условно-досрочно вышел.

– Сколько оставил? – у Михи не было желания производить в уме арифметические операции.

– Год и два месяца.

– Не забывай о них. Чуть чего, знаешь?!

– Знаю, начальник.

Фиксатый Лёха слетал домой за паспортом. У четверых документов не оказалось.

– Проедемте в отдел, граждане.

По показаниям потерпевших получалось, что их грабили молодые пацаны. Малолетки! Эти мужики были явно старше. Но судимые, гуляют по ночам в интересующем районе… Оперативный интерес они, безусловно, тоже представляли.

Лёха, помня о законах гостеприимства, искренне беспокоился.

– Я тоже поеду. Натольич, только давай сговоримся, чтоб не по беспределу. Мы завтра Серого провожать сбирались, на горьковский поезд… Мне в понедельник на работу первый день.

Давай без всяких там задержаний. Я вижу, у уголовного розыска интерес. Давайте по-людски.

Маштаков глянул на него с интересом, потом на Калёнова.

Не его человек? Рома смотрел зло, не отреагировал. По дороге в автобус он свернул в кусты.

– Отлить надо.

В начале первого добрались до УВД. Постовой с лязгом отодвинул металлическую загородку. Автоматически закрывающиеся ворота не работали с момента их установления. Судимых и их подруг оставили внизу у дежурной части. Молодежь растащили по трём кабинетам.

Калёнову Миха сказал, чтобы тот девчонками занимался.

Парня в белых лампасах, который до сих пор растирал вывернутую руку, забрал участковый. К себе Маштаков поднял того, что носил бейсболку задом наперёд.