Цитадель тамплиеров

Меня зовут Весельчак Анри. Слыхал обо мне?..

Анаэль пожал плечами.

– Ну так учти, красильщик. Комтуры всех городов побережья, от Тира до Аскалона, мечтают меня поймать и объявили награду за мою голову. Я их осчастливил: ушел от них сюда. Пусть копят денежки до моего возвращения. Ты – здешний, и очень мне кстати.

– Я покажу, что знаю, – сказал Анаэль, – не только Бефсан, но и Анахараф, и Безен. Я знаю тайные калитки в крепостных стенах, знаю, где испражняются стражники…

Весельчак Анри кивал, а услышав об отхожих местах стражников, усмехнулся.

Ему понравилась тирада пленника.

– Как тебя звать? – спросил он.

– Анаэль.

– Ты иудей? Перс?.. Может быть, армянин?.. Сириец?

– Мне известно, что мать была дейлемитка, а отец – с севера, из Халеба. Но я – христианин. Меня окрестил латинский священник.

Весельчак Анри достал из кармана кожаных штанов перстень с тамплиерской печаткой.

– Ты знаешь, что это?

– Я видел такой у одного из рыцарей, которые захватили меня.

– Я спрашиваю, знаешь ли ты, что это такое?

– Нет, – Анаэль решительно отклонился.

Анри спрятал перстень.

– Так вот, сын дейлемитки, я рад, что ты попал в мои лапы около своего дома и знаешь все потайные калитки. Но важнее другое: поблизости твой отец и… кто еще?

– Две сестры, – тихо ответил Анаэль, – мать умерла.

– Это значит, что ты нас не выдашь. Пока они живы.

Глава XIII. Сестры

Единокровные сестры Сибилла и Изабелла, дочери иерусалимского короля, не походили одна на другую. Старшая на полтора года Сибилла ничем не блистала и выглядела бесцветной.

Изабелла – не то. Она была энергична, неукротима, порой казалась даже свирепой, притом – государственного ума.

Изабелла склонна была помыкать старшей сестрицей, при случае тормошила ее и норовила втянуть в авантюры. Сибилла пряталась от нее, вздыхала, молилась и иногда лила слезы.

Когда расстались, Изабелла с небольшим, но пышным двором отбыла в Яффу, Сибилла же поселилась в полумонастырском заведении под Иерусалимом по дороге к Вифлеему.

Чинный порядок этого заведения соответствовал ее нраву. Она подолгу сидела в саду с жасмином и розами, не пропускала церковные службы, а появление нового духовника ее обрадовало. Обходительный и говорливый иоаннит отец Савари поддержал увлечение Сибиллы книгами отцов церкви. Он живо и целомудренно их комментировал. И не пытался использовать свое влияние на нее. Она с детства знала, что ей, возможно, придется царствовать как старшей дочери короля.