Проклятие тамплиеров (сборник)

Огромный, рыжебородый помощник келаря повинился в том, что уступил домогательствам Армана Ги прямо в алтаре, что комтур налетел на него, как ястреб, и совершил свое дело, «даже не затворив алтарных врат».

Следователи были на грани обморока или, по крайней мере, умело изображали такую степень потрясения.

Помощник келаря в качестве сексуального объекта был не привлекательнее кочерги, мысль эту, бывшую, кажется, общей, выразил генеральный прокурор, повернувшись к командору:

– В вашем докладе речь шла о соблазнительных юнцах, брат Жоффруа.

– Да-а, – протянул де Бонна.

– Разврат вообще проистекает не по законам гармонии, – ответил командор Нормандии и вызвал очередного поднасильного.

Явился молодой коренастый парнишка деревенского вида. В Байе он ходил за лошадьми и за больными, если таковые появлялись. В сравнении с ним рыжебородый, соблазненный в алтаре громила, мог быть сочтен ближайшим родственником Аполлона. Парнишку звали Лако. Смотрел он зверем. Сплюснутый нос, дырки волосатых ноздрей, низкий лоб, дикие черные волосы, во рту угольки черных неровных зубов.

Сказано, что уродство притягивает к себе зло. Оправдывая эту мысль, Арман Ги особенно изуверски обходился именно с этим крестьянским увальнем.

– «…Во время противоестественного совокупления был иссекаем плеткою по плечам и спине, – читал капеллан из предоставленной командором записи, – после чего мошонка оного Лако приколачивалась бронзовым гвоздем к доске.

– Хватит, – сказал де Молэ и обратился к парню, – что ты сам нам скажешь?

Парень угрюмо молчал, не было даже понятно, дошел до него вопрос или нет.

– Он не мастер говорить, – вступил командор.

– Ну, ладно, – Великий магистр первый раз за все сегодняшнее утро позволил себе откинуться в кресле, и так все ясно. Иди Лако.

Наступившее после этого тягостное молчание нарушил Жоффруа де Шарне.

– Так как мы поступим с почитателем старых тамплиерских традиций, мессир?

– По уставу мы должны изгнать его из Ордена, – сказал генеральный прокурор.

Де Молэ встал, разминая затекшие члены, и подошел к высокому окну. Вымощенный камнем двор замка был залит солнечным светом, при этом накрапывал легкий дождик, – в природе тоже иногда случаются противоестественные комбинации.

– Мы нарушим Устав, – сказал Великий магистр, – не думаю, что мы имеем право выпустить такого человека в мир внешний.