Южное лето (Читать на Севере)

Наблюдать такую сцену одному было крайне неловко, и народ побежал за женой с криком «подождите секундочку».

Особенно живописен был старший огнетушитель, ввиду жары находящийся в верхней брезентовой робе и чёрных сатиновых трусах «верность». Зрителям импонировали его невысокая скорость и попытки отвернуть вентиль.

Действия пожарных в стороне от огня наконец закончились, и они стали приближаться. На пожаре наступил момент, который так ценят шашлычники: то есть пламени уже нет, угли чуть подёрнуты пеплом.

В общем, те, кто жарил на шампурах помидоры и колбасу, облизывались. Когда в стволах появилась вода, уже и угли остыли, и все побежали смотреть, как двое пьяных под ударами волн взбираются на вертикальную скользкую стену.

В Одессе очень благодарный зритель. Что делать, если в городе такая скука, а театр Сатиры себя не оправдал.

* * *

Как сказала тётя:

– Все мужчины немного отрицательные.

* * *

Настоящий одессит даже пение заменяет жестикуляцией.

Не строй в Одессе надо мной

Нельзя в Одессе строить высотные дома.

Нельзя наши дворы рассматривать сверху.

У нас двор – это семья.

Там свои перемещения, свои переговоры, своя кухня.

Когда двор привык – втащили утром, вытащили вечером.

Кто-то закричал от боли, кто-то – от страсти.

Кто-то просушивает, кто-то проветривает.

Мы вообще в трусах ходим.

Нельзя на это всё сверху смотреть.

Мы стесняемся.

А кто-то не дошёл до туалета. Мало ли…

Сверху чужие.

Я не хочу, чтоб они мой ковёр рассматривали.

Я хуже скажу: мы спим во дворе.

Не только ночами.

Ещё на это смотреть сверху!

Вообще кому приятно, если на него смотрят сверху вниз…

Наш город построен так, что всё на уровне земли.

Чуть богаче – чуть повыше.

На веранде.

Мы будем защищаться…

Купим большие зеркала…

Направим в окна.

Посмотришь свысока – ослепнешь.

Это наш ответ снизу.

* * *

Вниманию туристов!

Четвёртая и пятая группы – изберите главного и идите отсюда к чёртовой матери!

* * *

Мой друг Аркадий очень умён.

Пришла девушка чинить слуховой аппарат для бабушки.

Девушка была очаровательной.

Мой друг был виртуозом.

Он починил аппарат специально на два дня.

В четверг к шести мы ждали её снова.

Он ремонтировал.

Я говорил.

После третьего свидания мы пошли в ресторан.

* * *

– Алло! Марк Абрамович! Зайдёт Гриша, дайте ему в морду! Хорошо? Заранее благодарен.