Мышеловка для полковника

Те, кто по наследству мог получить такие черты, как у тебя, составляли некогда прослойку лучших людей России, но они либо покинули ее после революции, либо были уничтожены здесь, как твой дед. А мой настоящий папаша, мастер с завода ЗИЛ, у него какие были интересы в жизни? Только нажраться в стельку и колотить мать, когда она его упрекала. Таких было большинство. И теперь они большинство, по мозгам, по душе, по совести. Получить деньги любым путем, и желательно поменьше работать. Никаких идеалов или высоких стремлений, даже освоить профессию так, чтобы быть в ней специалистом, и то неохота, лишь бы как.

Лишь бы колбаса была, ветчинная.

Он отрезал собаке кусочек колбасы.

– Рейси, пойди сюда, на, кушай, молодец!

Борис снова взглянул на Джин.

– Так что ты была откровением для меня. Я еще подумал, неужели раньше в Советском Союзе встречались такие девушки, и почему к ним так несправедлива судьба? А оказалось, они встречались не в Советском Союзе, а в Бостоне.

– В Чикаго, – поправила его Джин. – А скорее, в Париже.

Ведь я выросла во Франции, с бабушкой.

– Это не сильно меняет дело, – он отпил кофе, достал сигарету, закурил. – Хотя, с другой стороны, полковник медицинской службы США вряд ли примет мое предложение. К тому же с такой мамой, которая на дух не переносит КГБ. В этом смысле с Зоей Красовской куда как легче.

– Твой отец на дух не переносит Америку и Израиль, – напомнила Джин, – и это он – главный архитектор нынешней так называемой многовекторной внешней политики России, ориентированной в основном на то, чтобы поддерживать Китай, строитель прошлого вместо будущего.

Так что в этом смысле мы равны. Наши родители воплощают собой это прошлое, в котором не могло быть примирения. Странно другое – что оно не планируется и в будущем.

– Отец имеет право на свои взгляды, – ответил Борис, – я их не разделяю. Точнее, разделяю не полностью. Впрочем, я никогда не думал, что все это может помешать моему личному счастью.

Он покачал головой.

– Влюбиться в американского полковника – такой поворот трудно предсказать.

Как будто своих не хватает. Я люблю тебя, без шуток. Это правда.

Он взял ее руку, поднес к лицу, целуя пальцы.

– Я верю, – мягко ответила она. – Это лишь говорит о том, что мир меняется, но где-то это упорно не желают замечать.

– И чтобы быть вместе, кому-то надо уйти со службы.

– Мне уходить необязательно, – Джин пожала плечами. – Да, я больше не буду выполнять задания для ЦРУ, но меня это совсем не огорчает.