И Стена падет

У мамы были красивые голубые глаза и черные волнистые волосы, она пахла розами и мускатным орехом, а еще у нее всегда было хорошее настроение, и ее смех напоминал звук серебряных колокольчиков над гладью тихого озера.

Вот и все. А еще кровь, и осознание того, что мама не спит.

Ее убили.

Брат той, чью улыбку он тоже помнил и любил с самого детства.

Нечасто он вспоминает, что Терра была сестрой убийцы его матери. Как будто это когда-то имело значение…

Висмут яростно затряс головой.

К чему он это все вспоминает? Неужели во всем виноваты седые волосы Кары?

Некромантка тем временем перестала разглядывать свою ладонь и подняла голову у небу, улыбнувшись солнцу и его ласковым лучам. Висмут заметил, что на ее щеках появились трогательные ямочки. Облаченная в темно-серую хламиду послушницы Смерти, скрывающую ее фигуру, она все равно выглядела тонкой и хрупкой. А еще она была довольно высокой – ростом не уступая Рриву, который, в свою очередь, был лишь на полпяди ниже принца.

Не будь Кара седой, Висмут даже назвал бы ее красивой…

– Кара… госпожа Крив! – принц шагнул к девушке.

Она слегка повернула голову и посмотрела на него. В ее глазах отразилось удивление.

– Мой принц? Что… что-то случилось? – у нее был низкий мелодичный голос, и пусть говорила она совсем негромко, Висмут прекрасно разбирал ее слова сквозь шум гудящей вокруг толпы.

– Да. То есть нет… вы так быстро ушли, что… я… – Висмут с ужасом понял, что слова вновь убегают от него.

 – Я…

Принц замолчал, пытаясь собраться.

Демоны, сегодня он уже во второй раз «проглатывает язык»! Что это с ним? Он ведь вполне способен вести важные для государства переговоры, и продление торгового договора с Зандой тому подтверждение! Тогда, какого ждора он не может вымолвить ни слова сейчас?

Кара застыла, удивленно глядя на принца, а потом смущенно поджала губы и опустила взгляд.

– Вы рассердились, мой принц? – тихо спросила она.

 – Простите, я… не должна была покидать ваше общество, едва представившись, и тем более без вашего на то позволения. Я… прошу прощения.

Кара глубоко поклонилась ошарашенному принцу, а потом подняла голову и посмотрела прямо ему в глаза. Где-то в глубине ее темно-серого, как и ее одежда, взгляда таилась обида.

Висмут не сразу сообразил, что она – маг Смерти, а мысли могут читать лишь те, кто подчиняет себе Жизнь.