И Стена падет

Демоны, она же думает, что он пришел отчитать ее! Надо срочно что-то сказать… но если бы принц только мог! Язык намертво прилип к нёбу и отказывался повиноваться.

– Простите, мой принц. Я должна была догадаться, что знакомство со мной не будет для вас приятностью. Я же некромант…

Висмут сжал кулаки, всеми силами пытаясь выдавить из себя хоть что-то членораздельное. Обычно, когда подобная напасть настигала его во время важных переговоров, он просто принимал суровый вид, который обычно сильно впечатлял его собеседников.

Кара определенно впечатлилась.

– Простите меня, мой принц. Я постараюсь не как можно реже попадаться вам на глаза во время пути.

Какой еще путь? Или она говорит о вылазке к Стене? Демоны! Она – одна из ста пятидесяти добровольцев! Висмут совершенно не хотел, чтобы некромантка его избегала.

Надо было ей об этом сказать.

Но у него ничего не получалось.

Видимо, лицо при этом у него стало совсем уж мрачным.

– Вы… разрешите, мой принц? Я… мне надо идти. Подготовиться. Можно я пойду? – спросила Кара. Обида и разочарование в ее взгляде перестали прятаться и стали откровенными.

Висмут кивнул. Если он сейчас начнет мотать головой и начать издавать странные звуки, будет еще хуже.

Кара низко поклонилась и с достоинством проследовала мимо Висмута, сильно тряхнув головой. Кончик ее седой косы полоснул принца по щеке.

Некромантка уходила в саму гущу толпы, оставив принца молчать в одиночестве.

Молчать и осознавать себя полным идиотом…

Настроение было напрочь испорчено, и оставаться на празднике Висмут не захотел. Честно говоря, единственным желанием было запереться в своих покоях и со вкусом побиться головой о стену. Ему никогда не стать хорошим Королем, если он не научится владеть своими эмоциями, а главное – не перестанет в самый неподходящий момент страдать приступами немоты.

Но перед тем, как исполнить желаемое (предвкушать битье головой о стену было даже забавно), принц отправился к Лике.

Вернувшись в замок, Висмут направился прямо в покои подруги. Открывшая дверь Лика выглядела плохо: волосы растрепались, а кремовое шелковое платье с отделанным белоснежным кружевом подолом, казалось мятым и несвежим, будто она спала прямо в нем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».