Басурманин. Крылья каарганов

А ещё новгородских…

– Стало быть, князь Русь воевать собрался!

– Как есть собрался, княгиня-матушка.

Самоха шмыгнул носом и поднял умоляющие глаза на княгиню:

– Доколе же терпеть нам? Неужто опять смотреть станем на бесчинства князя?

– Не станем, Самоха. Князь поутру тебя к атасы посылать собирался, да я в степь напросилась. Со мной поедешь. Поодаль ото всех держись, на глаза князю зазря не попадайся. А как в чисто поле выедем, скажу, что делать. Ты узелок собери, ибо сюда больше не вернёшься. Как не жаль мне с тобой расставаться, а надо.

Собирайся. Я к себе пойду, пока князь не кинулся.

Глава 6

В хлопотах и заботах не успели заметить, как настал грудень[29 - Грудень – конец октября – начало ноября.]. И лишь когда раньше срока ударили морозы, скорый приезд невесты, да и сама свадьба перестали казаться призрачными, словно позднее марево над рекой.

В Рязань потянулись купцы с товарами, рыбари везли лучшую рыбу, охотный люд из окрестных деревень доставлял свежую дичь, пекари ставили хлеба, в теремных подвалах квасили брюкву с поздними яблоками и варили меды.

Постепенно всё готовилось к предстоящей свадьбе князя Владислава.

Дамир всё чаще пропадал в кузне и у восходного холма, где стояли шатры вольного народа. Владелина понимала: среди половцев он чувствовал себя ближе к покинутой, безвозвратно утраченной родной земле. Вспоминая о непростых днях на чужбине накатывали всё чаще, тем тяжелее становились думы о предстоящей свадьбе, не её, но князя. Ей хотелось, чтобы брат выжил тогда, в детстве.

И это он готовился бы теперь к свадьбе. И его невесту ожидали со дня на день. А она…

– Опять головку тяжкими думами терзаешь, княже? – услыхала Владелина над ухом шёпот боярина Магуты. – Так гляди, те, кому не пристало, чего пронюхают, да лихое об тебе сказывать станут?

Встрепенулась она, наскоро огляделась. В думных палатах окромя неё и боярина Магуты, только воевода.

– Прав ты, Яр Велигорович! О делах помышлять надобно.

– Вот и я об том! Что за думы терзают тебя? Вижу, неспокойно на тебе.

Взгляд затуманенный, тоскливый. Неужто вновь о свадьбе печалишься? Не кручинься, не волнуй головку мыслями тяжкими. С князем муромским всё сговорено, решено всё да продумано. Не тревожься так понапрасну. Обойдётся всё, ладно будет!

Владелина вздохнула, взяла со стола грамоту и принялась читать. Да только письмена перед глазами заплясали и стали расплываться.

– Негоже так себя распускать, княже! – на плечо легла крепкая рука воеводы.