Потерянный рай. Роман

– Не приглашайте меня больше на танец. Вы прекрасно танцуете, но я не люблю танцевать и не умею, совсем, и чувствую себя неуклюжим медведем. Если бы вы меня не поддерживали и не вели, я бы просто упала.

– Ах, вот почему вы всем отказали. Мне просто повезло?

– Нет, вам не повезло, мне просто не хватило смелости отказать вам, но вы за это и поплатились: я вам ноги отдавила.

– Да, это я заметил. Но сейчас многие не умеют танцевать, совсем, им это, однако, не мешает лихо отплясывать и они этого не стесняются.

– Не боюсь, не хочу. Я не хочу делать то, что не умею. Не хочу танцевать, не хочу петь, потому что у меня нет голоса.

– Елизавета Николаевна, и медведя можно научить танцевать.

– У меня нет способностей к танцам, нет чувства ритма, пластики и музыкального слуха.

– Как вы себя расхвалили.

– Правду говорю.

– Не совсем выгодная для вас правда, Елизавета Николаевна.

– Сейчас ещё одну правду скажу: наплевать.

– Вы всегда правду говорите?

– Нет, конечно.

– Ага, значит, мне надо быть осторожней и не задавать бесцеремонных вопросов, иначе вы будете мне честно врать.

– Буду. Это называется отразить удар, как в теннисе, не пропустить недозволенный мяч на свою территорию и отослать его обратно.

Елизавета Николаевна приятно удивила Константина Витальевича тем, что не боялась признаться в каких-то слабостях, не пыталась представить себя в более выгодном свете, но, несмотря на эти откровения, она не теряла своего очарования и была прекрасна, как может быть прекрасен ребёнок своей непосредственностью.

– Вы просто восхитительны, Елизавета Николаевна. Хорошо, мучить вас танцами не буду, насчёт неосторожных вопросов не обещаю, но вы можете спокойно мне врать, я не обижусь. А сам вечер, я вижу, вам не очень понравился?

– Да, не очень.

– Приходите тогда в субботу. Это будет закрытый вечер, народу поменьше, женщин почти не будет, только вы и жена Андрея.

– Андрей Алексеевич меня не приглашал.

– Я вас приглашаю.

– Ну это как-то неудобно приглашать к чужому человеку без его согласия.

– Его согласие не требуется. Я сам решаю, кто будет приглашен на вечер, а кто нет.

– Ах, вот оно что. Так вы серый кардинал. Хорошо, приду. Будет скучно – уйду сразу.

– Не будет. Вы музыку любите?

– Люблю.

– Какую?

– Однозначно не смогу ответить.