Князь Рысев

Но что делать, если по-другому не получается?

Грешно, сказал я самому себе, перелистывая первую страницу, но мы обязательно как-нибудь потом покаемся. Ибрагим бросил на меня то ли осуждающий, то ли вопросительный взгляд.

– Барин, бежать надыть, пока Менделеевы-то не того этого и ага! – своеобразно выразился он, вставая со стула. У него-то гораздо лучше, чем у меня получилось – и где только старик столько сил брал?

– Цыц! – велел, углубляясь в чтение. Что планировал вычитать, и сам не знал.

Информацию, любые крохи которой мне могли бы пригодиться. Спросите, почему я не забрал дневник, чтобы прочитать его в безопасном месте?

Хороший вопрос, хотел бы я сам знать на него ответ. Как будто никто из нас никогда не делал глупостей…

Детские годы волновали меня мало, я пролистывал их почти не глядя. Но пару моментов все-таки выхватил – Федечка, как звала меня в своих записях Майя, ездил вместе с ней в Крым. Где она слегла от жуткой простуды, а я сам готовил ей чай и приносил в постель.

Второе – наше общее знакомство с лиской-Алиской. Рыжеволосая девчонка утащила у Майи кошелек, мне умудрилась задать хорошую трепку, но была поймана слугами.

Интересно, но пока неважно.

Сопливую юность почти не смотрел, хотя интуиция подсказывала, что там-то самый сок!

С возрастом у черноволосой красавицы менялся почерк и мысли. Легкость первых страниц, написанных в восемь лет, сгинула в серьезности совершеннолетия.

Майя планировала жизнь, доверяя самое сокровенное лишь дневнику. Что политика боярских родов с их дуэлями, правом на вторжение, соревнованием за власть при дворе ей чужда. Вместо грязи интриг девчонка жаждала приключений. Все еще в сопливой манере, но уже не так наивно, как раньше.

Магия, пробудившаяся в ней годам к двенадцати, соответствовала роду и была связана с огнем. Воу, а девчонка-то горяча не только внешне.

Знать бы еще, в чем эта ее магия проявляется. Уметь пердеть огнем – уже не так круто…

Я прикусил себе язык. Вспомнил, как желал увидеть магию, а Менделеевы и рады были показать. Благодарю покорно, можно было бы и обойтись…

Ага, а вот и то, что уже горячее. Колба Безумств. Я глянул на Ибрагима, что в просторечии своем обозвал ее кодлой, и отрицательно покачал головой.

– Ибрагим, – вдруг заговорил я.