Археолог 1. Солнечный камень

Историю своей жизни Валерий Михайлович рассказал мне намного позже, когда я под его руководством закончил аспирантуру и успешно защитил кандидатскую.

Казалось невероятным, что сейчас я снова увижу своего преподавателя, услышу его чёткий, хорошо поставленный голос:

– Студент Гореликов! Где вы изволили пропадать всю ночь?

***

Апрель 997-го года. Польша, Гнезно – Гданьск

Утром Адальберт столкнулся с новой неожиданностью. Он надеялся, что Болеслав даст им хотя бы простую повозку и несколько людей в сопровождение.

Но на замковом дворе епископа и Радима ждал только невысокий коренастый монах. На верёвке, которую монах носил вместо пояса, висел небольшой нож в кожаных ножнах. Монах держал под уздцы понурую гнедую лошадь, навьюченную двумя тюками.

Едва сдерживая гнев, Адальберт оглянулся на замок. И в окне княжеских покоев увидел тень. Болеслав сквозь стекло наблюдал за их печальным отъездом.

Неужели князь не понимает, как опасно путешествовать по Польше троим монахам? Если они погибнут, не добравшись до Пруссии – как Болеслав объяснит это Риму?

Холод пробежал по спине Адальберта.

Ясно же, что Риму нет никакого дела до опального епископа. Не станет папа из-за него ссориться с могущественным польским князем. Адальберт отвернулся от окна и посмотрел на нового спутника, которого явно приставил к нему князь.

Монах неторопливо поклонился епископу.

– Меня зовут Бенедикт, – негромким, но уверенным голосом сказал он. – К услугам Вашего преосвященства. Я плохо знаю дорогу до Гданьска, но надеюсь, что господь будет милостив к нам.

Нам лучше поспешить, чтобы не пришлось ночевать в лесу.

Ну, что ж… Значит, так тому и быть.

Епископ не просто сдержал досаду на князя. Вопреки ей, он поднял руку и благословил княжеский замок. Что бы тебе не сделали – всегда отвечай добром. Эту заповедь епископ Адальберт ставил выше других.

– Идём! – кивнул он ожидавшему Бенедикту. – Идём, Радим!

Повешенных с виселицы уже сняли, и епископ счёл это хорошим знаком.

Под неторопливый цокот лошадиных копыт, монахи покинули двор замка.

Перешли ров по узкому мостику, и вышли на дорогу, которая вела из Гнезно к Висле и дальше, вдоль реки – к сырому морскому побережью.

Через час быстрой ходьбы епископ согрелся. Несмотря на высокий сан, Адальберт был не ещё не стар, да и лишний вес не тяготил епископа. Адальберт, как и его брат, привыкли к монашескому житью. Бенедикт молча вёл под уздцы лошадь, которая тоже оказалась довольно выносливой животиной.