Бегляночки и розочки

 – Я поеду с тобой, а ты дай сто рублей, ладно? Я два дня не ела.

– В бане сперва помойся! – посоветовал из кабины грузовика молодой водитель. Кожаная куртка, распахнутый ворот, косая чёлка – похож на комсомольца 20-х. Алька поплелась прочь. Парень глядел ей вслед.

Выругался. Выпрыгнул, повёл Альку в пельменную. Накормил тремя порциями пельменей. Сытенький Алькин живот надулся тугим мячиком. Она ещё раз робко предложила «плечевые» услуги в качестве платы за обед. Парень решительно отказался:

– Нужна очень, я женат.

Алька за столом сонно, умиротворённо дремала, клевала носом как воробышек на ветке. А кожаный парень вслух размышлял:

– Что с тобой делать? Ребёнок ещё совсем, пропадёшь, блин. Давай вот что. У меня дружок открыл бар, набирает официанток, даёт общагу… С испытательным сроком, само собой. Порядок строгий, насчёт гулянок – ни-ни. Не подведёшь?

Подвести?! Алька готова была на коленки бухнуться перед женатиком. Неужели она, наконец, отоспится в нормальной чистой постели, в твёрдой койке на четырёх ножках? В тишине, без воя мотора и рвотного радио шансон? С кровью выхаркает бензиновый угар и табачный дым?

Неужели будет каждое утро принимать душ и стирать трусики?! В кои-то веки проснётся с головой, которая не разламывается от боли и страстного желания немедленно подохнуть – будь оно проклято, по женской линии, Алькино долгожительство!

***

Говорят: судьба, судьба.

Но вот, допустим, с утра тебя ждала судьба: выверенная, добротная, возданная по заслугам. А ты её прошляпил, проспал на пять минут. И твой дальнейший день – да что там, вся жизнь – покатится, вихляясь, шаляй-валяй по кривой дорожке. Отсюда весь бардак: потому что встречаешься со случайной, дурашной судьбой, а не с настоящей, уготованной – той что с Большой Буквы..

Недавно Алёша брёл мимо трамвайных рельс. И рядом набирал ход трамвайный вагон. Шёл медленно, так что в окошке была видна девчонка, которая отвернулась к окну, чтобы не видели пассажиры, и горько плакала.

Он сразу понял, что эта Фея Слёз и есть его судьба. Это тебе не однокурсницы, которые в трамвае отворачиваются лишь затем, чтобы подкрасить губы. Но вагон пройдёт и растает в дымке…

И тут в трамвае чего-то ломается, и он тормозит. Дверцы с готовностью распахиваются: входи, чего же тебе ещё? Вот тебе знак свыше, неподдельная, в чистом виде, высшей пробы подарок Судьбы.

А Алёша… прошёл мимо.