Затишье. Легенда Гнилого князя. Начало

– Я как-то был в летнем лагере, там каждую ночь страшилки рассказывали.

Местные дружно привстали и повернули вихрастые головы в сторону заповедника.

– Девушку видел? С той стороны? Вот где страшилка, не к ночи сказано!

– Братцы, вы что, страх потеряли? Кто гнилушку при полной луне помянет…

Майкл с изумлением смотрел на местных. Злыдни и нечисть, навь. А боялись беловолосой, помеченной Тихим Лесом.

– Да ну, в самом деле! – хихикнул Петька. – Совсем новичка запугаете. Во-первых, здесь пять священных прудов.

И истоки реки Тишинки. Во-вторых, по заповеднику можно пройти и не запачкаться гнилью.

– Ну, конечно, зимой – гуляй, не хочу!

– Говорят, – поделился Влад, – с красной гнилью можно бороться. Если найти алоцвет: его соком излечишь прогнившую душу.

Котелок мыть не стали. Остатки ухи вместе с карасями слили в пакет, как пояснили Майклу, котам. В котелке поменьше заварили чай, запахло полынью и мятой, и терпким смородиновым листом.

– Сгонять бы в поместье за яблонькой, вот с нее аромат!

– Вот с утра и сгоняй, пока Павел не видит.

Он тебя за цветы сожрет…

Переругивались лениво, дремно, разглядывая далекие звезды. Майкл смотрел на чужие созвездия, но упорствовал, что видит Медведицу.

– Ну еще бы! – хихикнул Веник. И скомандовал группе отбой.

Двоим в палатке было впритык, лишний раз не шелохнуться. Майкл был крупноват для ската. Крутились, вертелись, пихались локтями.

– Мой косяк, – повинился Венька. – Про велик ты мне напомнил, а про палатку все позабыли.

Мы-то давно решили: во всех вылазках парни втроем, а я в однушке, как барин. Им спокойней и мне. Так что, если невмоготу, я правда у костра заночую.

– Нет, – удержал его Майкл, – это я не подумал о крыше. Поэтому лучше уж я у костра. Но вообще-то, можно пристроиться, главное, разойтись плечами.

– Тетрис, блин, – хихикнул Венька. – Смотри, сложим ряд и исчезнем.

В итоге решили схитрить на спальниках. Толстый зимний, взятый для Майкла, постелили на дно палатки, а Венькиным укрылись, как одеялом.

Стало немного свободнее.

– Сейчас спрашивать неуместно? – шепнул Майкл в льняную макушку Веника, когда угомонились, притерлись и перестали возиться.

– Да кто ж его разберет, – сонно откликнулся Венька. – Тебе долгую историю или короткую?

– Мне бы про алоцвет.

– Это сказка, братан. Всем хочется верить в цветочек аленький. Но никто не видел, как он цветет. А если и видел, уже не расскажет, – Веник зевнул, попытался лечь на бок.