Проигранная чудовищу

– На моем лице много темных пятен?

– Нет.

– Тогда что вы нашли во мне смешного? – с затаенной обидой спросила я и, поджав губы, сосредоточила все свое внимание на Джени.

Ее сон был неспокойным. Цветочек часто вздрагивала, ворочала головой, отмахивалась от чего-то. Хотела бы я это исправить. Пусть бы в мире грез царила тишь да благодать, чтобы можно было хорошенько отдохнуть и забыться. Нам вдоволь хватало кошмаров и в реальности.

Мы долго ехали в тишине. А едва вокруг сгустились сумерки, карета въехала в небольшую деревушку и остановилась возле постоялого двора.

Ной выбрался сам. Даже подал мне распахнутую ладонь, помогая выйти из экипажа. Стало неловко перед ним. Я ведь его бросила умирать.

– Простите.

– Ничего, – кивнул мужчина и повел меня к порогу двухэтажного деревянного дома.

Нас вкусно покормили. Хозяин предоставил три комнаты. А там миссис Дорин, его жена, лично нас обслужила, подсуетилась, чтобы нам принесли теплой воды, помогла умыться, выдав чистых полотенец.

– Такая худышка, – сказала эта добрая пышногрудая женщина, наблюдая, как я разматываю платок и снимаю свои юбки. – Девочка моя, что ж ты так мало ешь? Так, прикажу утром выдать вам двойную порцию пирога. И пусть твои спутники только попробуют съесть твою долю!

– Спасибо, не нужно.

– Так, все, – отмахнулась она. – Уже поздно, немедленно укладывайтесь спать. Обе!

Джени разделась и быстро залезла под теплое одеяло. Мне же казалось, что уснуть в ближайшие несколько часов не удастся.

Слишком насыщенными были последние сутки. И стоит закрыть глаза, как те ужасы вернутся, тревожа душу.

– Я еще расчешу волосы. Но вы идите, у вас, наверное, много дел, а мы вас сильно отвлекаем.

– Ох, девочки, – почему-то расплакалась она. Шмыгнула носом, вытерла глаза. – Не обращайте на меня внимания, я просто всегда хотела себе дочек. Но да ладно, вы правы, юные леди, мне лучше не задерживаться. А то гостей сегодня немерено.

За ней закрылась дверь. Мы с сестрой переглянулись.

Цветочек перевернулась на бок и с грустью в глазах стала следить за моими приготовлениями ко сну. Простые привычные действия успокаивали. Я будто возвращалась домой, была не выигрышем дикого лорда или красивой рыбкой для сладких игрищ, а любимой дочерью, девушкой, леди, человеком…

– Что с нами теперь станет? – грустно спросила Джени.

– Не знаю, цветочек.

– Тот лорд нас продаст?

– Скорее всего, – вздохнула я и отложила расческу.