Женщина-город

Теперь о приезде и наглости скрипача знал весь Гриддинг.

Ким приготовился выжидать несколько дней, пока богиня сменит гнев на милость, но Грид оказалась куда более отходчивой, и к полудню дождь закончился, позволив жителям города выбраться из вынужденного заточения.

Приправленные новыми подробностями слухи о дерзком скрипаче подавали на открытых террасах уличных кафе вместе с вином и устрицами. Уже говорили о неестественных белых волосах Кима, насмехаясь над столь женственным поступком, рассуждали о мудрости и учтивости восточного народа, упоминая Кима в качестве паршивой овцы.

И, конечно, единственным из прибывших гостей, кто не удостоился чести быть представленным Грид, был скрипач. Но Ким не отчаивался, обед он заказал в номер и не покидал гостиницу до тех пор, пока летняя ночь не пролилась на город, закрасив опустевшие переулки густой чернотой и наполнив воздух прохладой и стрекотом цикад.

Грид, конечно, не желала его видеть, и будить ее в очередной раз было не самой разумной идеей, но Ким шел не с пустыми руками.

И чем больше он набирал высоту, преодолевая лестницу за лестницей, тем туманнее становилось вокруг. Он едва различал застывшие в беззвучном зевке арки амфитеатра, дорисовывал в воображении линии чопорного собора. Последние пятьдесят ступеней пришлось проходить, вцепившись в перила, когда Ким заметил мелькающих в тумане люмусов Гриддинга. Маленькие крылатые львы (встань один такой на задние лапы, едва бы достал Киму до колена) грациозно прохаживались по балюстрадам, сверкая пушистыми гривами, и настороженно наблюдали за чужаком. Со стариком Карьянгом было так же, зеленые люмусы – явный признак бессонной ночи города. Только на родине Кима они были драконами с искрящейся чешуей, длинными хвостами и рогатыми головами. Одного такого Ким однажды почти приручил.

«Зачем явился?» – отдалось холодом где-то в затылке.

Грид решила поговорить с ним не по-человечески, внедрив в его мозг свой вопрос. Города делали так, когда сердились, и это был второй раз в жизни Кима.

– Принес послание от Карьянга. Я знаю, что приносить такие вещи нужно без свидетелей, по политическим соображениям.

«Это «по политическим соображениям» ты посмел осквернить мое утро?»

– За это прошу прощения. Я не сдержался, увидев Вас.

Ким знал, что города любят честные ответы. Люмусы замерли, а их зеленые огненные гривы стали еще больше.

«Оставь послание прямо здесь», – ответила Грид, ввинчивая приказание в голову Кима.