Эндервелл: проклятье Найтири

– Все нормально, тебе не за что извиняться. – Я тряхнула головой, добавив, – И вообще! Прекращай называть меня деткой, малышкой и другими уменьшительно-ласкательными. Раздражает.

Он ухмыльнулся с улыбкой, сказав:

– Ну, нет, мне нравится то, как ты злишься в эти моменты.

Я бросила в него гневный взгляд.

– А если серьезно, смирись. Для меня ты ребенок, потому и называю так.

– Чего? Ты не настолько уж и старше меня! Сколько тебе? Двадцать семь? Двадцать восемь?

Он хмыкнул.

– Не угадала. Ты даже примерно не представляешь, насколько я тебя старше.

Я прищурилась, не осознавая до конца, что это может значить, и подумала о том, что вообще почти ничего не знаю об Инаре.

– Расскажи о себе.

– Я уже рассказал все, что тебе нужно знать, остальное услышишь позже.

– Почему?

– Не хочу напугать тебя.

– Что, все настолько плохо? Пьешь по ночам кровь девственниц?

Он засмеялся и сквозь смех произнес:

– Может быть. Но тогда тебе стоит опасаться меня.

– Почему это?

Инар многозначительно поднял брови.

Завернув в переулок, мы остановились у ломбарда, и я, выходя из машины, бросила:

– Постараюсь быстро вернуться.

– О чем ты? Я иду с тобой, вдруг ты там еще в обморок хлопнешься.

– Эм… Ладно, идем.

Войдя в здание, за кассой я увидела все того же дедка оценщика.

– Здравствуйте, вы не помните меня? Я месяц назад заложила в вашем ломбарде золотые серьги с бриллиантами. Хочу их выкупить.

– Доброго денечка. Да, припоминаю, сейчас посмотрим.

– Да, это они! Сколько я должна вам за хранение вместе с суммой выкупа?

Дедок достал из-под прилавка калькулятор и начал считать:

– Основная сумма, плюс проценты… Получается вот такая циферка.

В момент, когда он развернул ко мне калькулятор, мои глаза стали размером с блюдца, из которых тетя Аля так любит пить чай.

– Да вы с ума сошли! Здесь верно какая-то ошибка. В прошлый раз вы оценили серьги в девять тысяч, конечно, плюс проценты за месяц, но все равно должно было получиться не более пятнадцати.

– Пожалуйста, тише, никакой ошибки нет. За изделия с бриллиантами сумма процента повышается во много раз.

– Да? А почему же вы месяц назад мне об этом не сказали?! Спекулянт!

Инар, до этого стоявший у входа, подошел, и отодвинул меня от кассы. Неприступной скалой нависая над оценщиком, он спокойно произнес:

– Значит так.