Когда виноваты звезды

Поэтому, дуй-ка ты, девочка-одуванчик, отсюда, пока отпускаю. Так что, на этом все, встала, вышла за дверь, и чтобы я тебя тут больше не видел.

Она вся съежилась от моих слов, но упорно продолжала сидеть на краю кресла, заламывая пальцы рук. Невольно бросил взгляд на них, отмечая наличие тонкого обручального кольца:

– Ты еще и замужем?

– В разводе, почти. Вы простите, но я не могу уйти. Скажите, что я должна сделать, – нет, она что, совсем дура? – Я Вадиму денег должна, он все равно найдет способ получить свое.

Я половину суммы ему сегодня хотела отдать, но он сказал и этого не возьмет, пока я его проблему не решу. У него кто-то из девчонок заболел.

– Додумалась у кого деньги в долг брать, еб*нутая баба!

– Мне мужа надо было из отделения вытащить, ему срок грозил. Деньги только Вадим смог одолжить.

– Так пусть твой ненаглядный теперь сам вопрос с Серченко решает. Ты-то чего приперлась? – разговор стал меня изрядно напрягать. Желание свернуть Карпу его плюгавенькую шею стало непреодолимым.

Подослал недоразумение в платье в цветочек, сука!

– Он сбежал.

– Муженек сбежал, а долг остался. Еще и Карп прессовать начал? Ну, ты влипла, девочка, – Карп, конечно, та еще тварь, но и муженек этой дурочки не лучше. Видно, что девка домашняя. Храбрится, конечно, насколько может, но стоит только надавить, истерики не избежать. Видно, из последних сил держится, слова из себя выдавливает. Козел Серченко, весь вечер обломал.

– Сколько должна Карпу?

– Я кредит взяла на днях, еще миллион осталось найти, – я присвистнул.

Серченко за лям удушится и эту мышь от себя не отпустит, пока с процентами не отработает. Я отчего-то задумался, закуривая уже третью по счету сигарету. Живой этой Марине от сюда явно не уйти. Эта дура наивная даже еще не понимает, на что ее Карп подписал. Оглянулся, поймав на себе ее испуганный взгляд.

– Не смотри так на меня, я не Робин Гуд, – девчонка потупила взгляд.

– Твою ж мать… ладно, сиди тут! – затушив недокуренную сигарету, вышел из комнаты и направился к кабинету этого урода.

Дверь открыл чуть ли не с пинка. В кабинете Карпа кроме него была девица, которая отсасывала ему, сидя на полу у его ног. Сам Серченко сидел, развалившись в своем кресле.

– Ты, бл*ть, ох**л в край?!

Увидев меня, Карп оттолкнул девку, подорвался и попытался натянуть штаны, что у него плохо выходило, видать от волнения и спешки. Понял, с*ка, что влип. Девка тем временем успела прошмыгнуть мимо меня и выскочила в коридор.