Мой визави

? На здоровье, ? прислонившись плечом к стене, я наблюдала, как Стас обувался. Мне очень хотелось попросить его остаться. Перспектива одинокого вечера, как никогда, пугала, но я отчего-то не смела озвучить свою просьбу.

? Такая скромность. Просто удивительно. Ты, правда, очень вкусно готовишь, – выдал Франц, и я рассмеялась.

? Да ладно? Что это? Комплимент? И я слышу его из твоих уст?

? Отметь этот день красным в календаре. Это со мной случается нечасто, – мы снова рассмеялись. – Спокойной ночи, Дин!

? Спокойной ночи! – закрыв за Стасом дверь, сразу включила музыку, лишь бы хоть как-то заполнить возникшую тишину в квартире.

***

Всю дорогу до дома я невольно улыбался. Нет, всё-таки Болонке удалось меня удивить. Я и впрямь полагал, что она разбалованная прожигательница жизни. Бесконечные тусовки, клубы и развлечения за счёт родителей, а оказалось, и живёт одна, и готовить умеет, и разговор нормальный поддержать может, без пафоса и вы*бона. Просто вечер открытий.

Поставив машину на парковку, поднялся в квартиру.

Стоило скинуть с себя верхнюю одежду, как из комнаты вышла Людмила Петровна, заспанная и зевающая.

? Добрый вечер, Станислав Львович!

? Скорее доброй ночи! Отдыхайте, Людмила Петровна.

? Да, я домой, наверное, поеду. Вас дожидалась, задремала.

? Зачем? Поздно уже, оставайтесь.

? Вам ужин разогреть?

? Нет, спасибо, я не голоден. Идите спать. Если что, я сам справлюсь, – Людмила Петровна, пожелав мне спокойной ночи, ушла обратно в отведенную для неё комнату, а я поднялся к сыну.

Ромка крепко спал, подложив ладошку под щёку. Поправил съехавшее в сторону одеяло и поцеловал его в макушку, едва касаясь губами, боясь нечаянно разбудить. Он единственный, ради кого я готов свернуть горы, ради которого столько работал на протяжении уже нескольких лет.

Только ради него купил эту квартиру в два этажа. Считал, что для ребёнка важен простор и наличие собственной комнаты. Нехватку этого я на собственной шкуре прочувствовал.

Сам всё детство провёл, ютясь с родителями в комнате коммунальной квартиры в шестнадцать квадратов. После развода я довольствовался обычной двушкой, мне большего и не надо было. Я домой приходил только переночевать, всё остальное время почти всегда проводил на работе. Для сына хотел большего, лучшего. Никогда не понимал тех, кто говорит, что дети ? это обуза. Дети – это самый действенный пинок под зад, это самая большая и действенная мотивация в жизни.