Шанс на счастье

– Я – дурак?

– Да, – она всё ещё смеётся, – и знаешь, долги надо отдавать вовремя, – с этими словами её ручка скользит под резинку моих боксеров, вышибая из меня воздух на раз. Вика скользит по ковру, почти ложась на него, и проходится своим язычком по головке, заставляя меня с шипением выпустить воздух сквозь зубы. Она скользит своими губками по всей длине, заставляя мой мозг плавиться. Она делает это медленно, словно проверяя мою выдержку, а мне до зуда в ладонях хочется намотать её косу на свой кулак и войти грубо, резко, увеличивая темп.

Но, несмотря на затуманенное сознание, сдерживаюсь, понимая, что напугаю, что она вновь захлопнется, как ракушка. Поэтому просто провожу ладонью по волосам, поощряя её действия. Подойдя к краю, провожу ладонью по её лицу, прекрасно зная, что не все женщины любят вкус спермы.

– Вик, – сдавленно произношу, давая понять, что она может остановиться. Но она отводит мою руку в сторону, прижимая её к ковру, и берёт глубже. Твою ж мать…. Перед глазами яркие всполохи вспышками разрывают сознание.

Когда Вика отстраняется, проводя языком по своим губам, и поднимает на меня свой взгляд, в котором сквозит явная неуверенность. Она что, смущается? Улыбаюсь, провожу пальцами по её щеке. Она прикрывает глаза, а открыв их, улыбается в ответ и, взяв в руки бокал, делает пару глотков.

– Уже восемь утра.

– Ты работаешь завтра, точнее уже сегодня? – поправляюсь, понимая, что первое января уже наступило.

– Нет. Выходной.

– Хорошо, тогда можем спать до самого вечера.

– Надо со стола всё в холодильник убрать, а то испортится, – мы убираем остатки ужина. Закрыв на кухне дверь, я закуриваю. Вика подходит ко мне и тоже подкуривает сигарету. Беру со стула брошенный утром халат и накидываю на её плечи, приоткрывая окно и включая дополнительно кухонную вытяжку.

– Спасибо, – произносит, выпуская дым, а я, отчего-то улыбаюсь, сам не до конца понимаю от чего. Просто, то ощущение легкости и какого-то подобия уюта оно не уходит, не рассеивается… Непривычно…

Мы ложимся спать.

Вика устраивается на самом краю кровати. Не могу понять её стеснения, обнимаю, прижимая к себе.

– Демид… – она что-то хочет сказать, но я не даю.

– Спи, – произношу, почти моментально проваливаясь в сон.

Наше утро настало довольно поздно. На календаре было первое января, а на часах шестнадцать минут пятого. Вика спала, положив голову на моё плечо и прижав свою ладонь к моей груди. Не хотелось её будить.