Я буду рядом

– А я что-то говорил про твой дом? – можно было отчетливо увидеть момент, когда в ее недоуменном взгляде отразился страх, который неприятно царапнул меня изнутри, мне даже захотелось попросить за это у нее прощения. Я не хотел ее пугать, тем более с такой стороны. Но я быстро передумал, она всегда была несносной, может, хоть сейчас удастся ее ненадолго приструнить.

– Глеб, пожалуйста, я хочу к себе.

– Что Ян, легко и не страшно дразнить хищника, когда он в клетке, но когда оказываешься с ним один на один, ситуация меняется, да?

– Глеб…

– Какая ты порой глупая, – припарковав машину, обернулся к ней.

 – Я не мудак, не маньяк и не еб*нутый. Ничего не будет, только если сама не захочешь. Пошли, я устал как собака, хочу нормально поужинать и принять душ.

Яна

Я впервые оказалась в таком положении. Квартира Глеба была довольно просторной оформленной в чисто мужском стиле: минимум мебели, не одной лишней детали, контрастные цвета, черный, белый и акцентом красные диванные подушки, и мелкие детали по типу рамки для фотографий и пары сувениров.

– Кофе?

– Мне бы в душ, волосы до сих пор пахнут водой из озера.

– По коридору направо. В шкафу чистые полотенца, – несмотря на меня, произнес Чернов, направляясь в другую комнату.

– Спасибо.

Сейчас я четко ощущала, что там на озере я перегнула палку, определенно перегнула, и как теперь исправлять положение не понимала. Вот же засада. Что ж меня постоянно заносит не туда? Я впервые видела Глеба таким, мне даже сложно подобрать определение, раздраженным, злым, недовольным, бескомпромиссным, наверное, все вместе.

Приняв душ и завернувшись в полотенце, вышла из ванной в поисках своей сумки, в которой были сменные вещи.

– Чего крадешься? – от неожиданности я едва не отскочила в сторону, замерев на месте как каменное изваяние. Глеб стоял у входа в комнату, прислонившись к косяку. – Я не кусаюсь. – А вот в этом я уверена не была, вид Чернова в одних джинсах, без футболки навевал совершенно противоположные мысли.

Он сделал пару шагов в моем направлении, – пока, не кусаюсь, – еще шаг и я резко выдыхаю от неожиданности, оказавшись прижатой к стене, – но могу. – В последнем я уже не сомневалась. От его бархатного голоса дрожь прошла по всему телу, рассыпаясь по коже мурашками. Нас разделяет лишь махровая ткань полотенца, которая еще немного и свалится на пол.