Я буду рядом

Взяв себя в руки, я выскользнула из-под одеяла и, стараясь не шуметь, быстро натянула на себя шорты и футболку прямо на голое тело, схватив сумку, телефон и босоножки выскользнула босиком за дверь. Сердце стучало с такой силой, что его гул отдавался в ушах. Я сбегала как трусливая воровка, лишь бы не проснулся, лишь бы не слышал, как захлопнулась дверь, только бы не пытался догнать. В голове творился полный хаос, каша из раздирающих на части эмоций. Где был вчера мой мозг? О чем я думала, отправляясь с Глебом в его квартиру? Идиотка.

Ураган из стыда и томления от воспоминаний прошлой ночи сносил с ног. Хотелось спрятаться дома, отключить телефон и по-детски верить, что Чернов сделает вид, будто ничего не произошло, но я понимала, что рассчитывать на это было глупо. Глеб не такой человек, он не станет изображать частичную и внезапную амнезию. Уже выскочив из подъезда, надела обувь и бросилась прочь, по пути набирая номер службы такси.

Если бы кто-то в толпе спросил, кто мастер по принятию глупых решений и поступков я бы первая подняла руку.

Честно. Я уже сбросила десять звонков от Чернова и с приближением вечера меня все больше накрывала паника. Я боялась его прихода, я не знала, как с ним теперь разговаривать, да и о чем? Что я должна ему сказать. «Глеб, это всего лишь секс ничего личного. Ну, подумаешь тр*хнулись пару раз за ночь, с кем не бывает. Не бери в голову, я уже забыла» Даже для меня это звучит слишком по сучьи. Я не хотела, чтоб об этом стало известно Матвею или тем более Антону. Это был всего лишь секс, ошибка, сиюминутная слабость… Это не стоит никакого внимания. «Ну и кого ты обманываешь? Ты сама хотела вчера ночью Глеба до помутнения рассудка, ты сама кричала и стонала под ним и просила большего. Лицемерка» – шептал мой внутренний голос, как только я начинала убеждать себя, что ничего страшного не произошло. Это было невыносимо, я словно тигрица, запертая в клетке, металась по квартире, ругалась на себя и не знала, как избежать разговора с Глебом хотя бы сегодня. Мне необходимо было успокоиться и собрать свои мысли. Телефон снова выдал оглушительную трель, извещая о новом звонке Чернова. Очередной раз сбрасываю вызов и, схватив с тумбочки ключи от папиного Рено и до сих пор неразобранную сумку с вещами, выбегаю из квартиры.

С непривычки плетусь в правом ряду, я не садилась за руль со времен учебы в автошколе, ладони стали мокрыми, я нервничаю, но упорно двигаюсь вперед.