Но свет в домиках горит

– А где мой кофе? – уточнила я.

– А вот, – и бариста указала на сердечко.

Я выпила, мне понравилось, хоть и половина сердечка осталась на дне, а половина в зубах, но было в этом что-то трогательное и нежное, что-то примерно того порядка, что отличает сердечко от бесчувственного лайка или молчания.

Когда я пришла снова, бариста, занеся трафарет над стаканом, посмотрела на меня вопросительно, и я сказала:

– Нормально, сыпьте.

Она насыпала, я тут же закрыла стакан. И хоть сердечка не было видно, знание о том, что оно под крышкой, примиряло меня с равнодушием окружающего мира и мрачностью почти алеутского неба.

Так повторялось снова и снова, пока не наступило сегодня, когда едва заметная из-за прилавка бариста-стажер поставила передо мной безликий стакан. Кофе был налит идеально ровно, еще помнил прикосновение кофемашины, картонные края стакана едва выступали над легкой воздушной подушкой, но вся композиция напоминала зияющую пустоту настолько, что я достала сложенный вчетверо платочек и приготовилась плакать.

– Что это? – спросила я на случай, если мне показалось.

– Ваш кофе! – улыбнулась юная бариста.

– А СЕРДЕЧКО? – воскликнула я.

– В смысле? – растерялась она.

Больше в этот день ничего не происходило.

#случайвлифте

Матрёна Михайловна

Когда еду с кем-то в лифте со своего высокого этажа, всегда прикидываю, о чем мы сможем поболтать, если застрянем. И с кем бы ни начинала воображаемый разговор, всё выбирала книжку дочитать.

А сегодня ехала с бабулей 90+. Я часто вижу ее во дворе – она такая, из уходящей натуры, в платке и пальтишке незаметном, катает пра (пра) внука на санках, когда есть снег. Не сидит на скамейке у подъезда, не обсуждает окружающий мир – не с кем, одна молодежь в соседях.

И вот я думала, пока ехали: застрянем, я ее на рюкзак усажу, и она мне всю жизнь свою расскажет. А я в айфон буду записывать, пока батарейка не сядет. Парни из МЧС уже приедут, умолять станут, чтобы мы лифт освободили, а мы только до пятидесятых дойдем.

Шейла

В последнюю секунду, как это бывает в фильмах, в лифт вскочил незнакомый мужчина. Вообще я думала, что у нас пустой отель, во всяком случае – южное крыло. Потому что, сколько бы мы ни заходили, никого и никогда не встречали – ни в дверях, ни на этажах, ни на лестницах.