Моя любимая Гиперборея. Бореи – наши предки?

Тулл начал:

– Все вы знаете, как мы жили многие тысячелетия: учились, трудились, изобретали, совершенствовали то, чем пользовались, воспитывали детей, дружили с животными, которых так много на лугах в нашей стране. Но никогда мы не судили о том, как живёт другой борей, как устроил жизнь своей семьи и как ведут себя его дети. Незачем было – мы все были открыты друг другу и честны. Ибо такова наша природа.

Но приехали чужие. Не потому чужие, что из другой страны, а потому, что у них другие нравы. Всех тех из бореев, с кем они общались более-менее долго, они научили сплетням, зависти, осуждению, жадности – хотя наши богатства нисколько не уменьшились и все по-прежнему обеспечены всем, что им потребно…

И тогда началось затемнение Неба.

И сегодня оно привело к тому, что нам приходится ждать такого мощного похолодания, что я предвижу на месте Родины нашей появление ледника. Который установится на многие века. И нам придётся переселяться.

Старейшины получили множество сообщений и всё, мной сказанное, есть вывод из сведенных воедино данных из этих сообщений.

Но виноваты не пришельцы. Виноваты мы. Что приняли их, не удосужившись выяснить, кто они такие и что из себя представляют. Что позволили им у нас остаться. Не предвидя ничего из того, что последовало вскоре. И что привело нас сегодня к катастрофе… А теперь я хочу предоставить слово Вету.

Главный служитель Храма продолжил речь Тулла:

– Я, да и другие служители, уже многие века замечали те изменения, которые всё усиливались из-за пребывания в нашей стране чужеземцев.

Не знаю, какую жизнь они ведут, но это плохая жизнь. Не знаю, почему им постоянно не достаёт всего, в чём у них возникает нужда: не думаю, что их земли беднее нашей. Надеюсь, Лар нам что-то объяснит. Но чужеземцы – и я подозреваю, что во всех странах, постоянно между собой воюют. И хотя мы никогда не знали войн, я понимаю, что война – это взаимное убийство и взаимный грабёж. А там, где проливается кровь, не может быть Света. Да вам это известно не хуже, чем мне.

Больше скажу, с тех пор, как чужеземцы стали приходить на наши праздники – а нам в голову не пришло, что они могут это сделать и мы не придумали способа им этого не позволить – Небо стало темнеть так быстро, что за одно столетие потемнело сильнее, чем за предыдущее тысячелетие. И теперь наступает холод. Ведь прежде такого не бывало никогда, чтобы мы не видели Днём солнца. Небо затемняется и солнца просто не видно.