Дерзкая

 – Ты много времени провела с моим братом, могла бы поинтересоваться у него, что это за состояние, в котором он находится с тех пор, как я его убил…

Слова, напомнившие мне об Александре, лишний раз подтвердили необычное состояние ума моего собеседника, но я также вдруг поняла, что его безумные слова все?таки правдивы. А уж то, что он не находит их предосудительными – это всего лишь уже знакомый мне «местный этикет».

– Ты убил Александра? Ты сам? Какого черта… – я возмутилась было, но тут Извеков подвинулся поближе к светящемуся экрану компьютера, и свет упал на его лицо.

И мне тут же расхотелось возмущаться. Он выглядел беспомощным и отрешённым, моё возмущение могло совсем выбить его из колеи, мне же нужно было, чтобы он продолжал говорить.

– Саша может тебе рассказать, в чем преимущество его смерти, – произнёс Валерий тоном, каким объясняют очевидные вещи дурачкам.

– Если честно, то Александр не произвёл на меня впечатления счастливого. Кстати, где он сейчас? – уточнила я.

– Насколько я знаю, он ещё утром ушёл в город, кажется, он собирался поговорить с Орешиным.

Сердце моё тревожно ёкнуло. Я всего лишь могла надеяться, что из этого визита не воспоследует ничего ужасного.

– Не волнуйся, Орешин и Середа мне здесь совершенно ни к чему. Я разобрался с ними со всеми три года назад, и насколько знаю, у властей есть установка оставить все на своих местах. Это тебя мне нужно было заполучить любой ценой, поэтому я и заставил Сашу пасти тебя.

И ему удалось то, что не получилось у меня там на аллее.

Значит, Александр не отставал от меня по приказу Валерия.

– Твой брат довольно исполнителен. Ты можешь быть им доволен, – слова вырвались у меня с плохо скрытой горечью.

– Я, кажется, расстроил тебя, – усмехнулся он и снова откинулся в своём кресле, скрывшись в темноту. – Если тебя это успокоит, то мне стоило немалой нервотрёпки заставить его подчиниться. Практически, я сломал его, и это до сих пор беспокоит меня.

Видишь ли, любой из моих зомби полностью зависит от меня, а Сашка в большей степени, чем остальные…

Информация становилась все весомее, и я пожалела, что в моей голове нет какой?нибудь электронной памяти, куда можно все записать, запомнить во всех деталях, вплоть до интонаций, а потом в спокойной обстановке обработать, учесть все нюансы, которые сейчас я могу упустить. Я панически боялась упустить хоть слово из лихорадочного монолога Валерия.