Любой ценой. Том II

Музыкальные треки на популярной радиостанции, фоном играющей у меня в машине, раз в полчаса стабильно прерывались информационными выпусками, и за неделю подобной практики я постепенно привыкла к тому, что фамилия Агапова звучит теперь буквально из каждого утюга. На раскрутку «Хитмена» была брошена вся мощь государственной машины, и лояльные СМИ пестрели заказными статьями о достижениях Яна – стране были нужны герои, но только не такие, которые при первой же возможности драпали за границу, оседали на чужбине, а потом напропалую поливали помоями далекую родину, рассказывая западным репортерам, как плохо им жилось до переезда за кордон.

Отсюда, например, росли ноги у недопуска нашей сборной к участию в Олимпийских играх – неизвестный инсайдер раскрыл членам МОК шокирующую правду о массовом применении допинга, и отголоски вспыхнувшего скандала бесславно загубили карьеру весьма немалому количеству перспективных спортсменов. Что касается Агапова, то он, как говорится, «в порочащих связан замечен не был», гражданство не менял, а в интервью зарубежной прессе всячески подчеркивал свой патриотический настрой и неоднократно заявлял о желании развивать бокс у себя в стране.

Свои намерения Ян активно подкреплял делом, и я прекрасно знала, что он регулярно жертвует внушительные суммы на благотворительные проекты, хотя и предпочитает этого не афишировать. Лучезарная улыбка, природное обаяние, мужественная внешность и тщательно культивируемый имидж несокрушимого чемпиона – если сотням тысяч одаренных мальчишек из бедных семей и было на кого равняться, так это на «Хитмена», доказавшего, что упорная работа над собой способна открыть любые двери.

Мы с Агаповым почти не разговаривали о политике, и мне было сложно сказать, насколько он сам верит в гипотетическое светлое будущее, но, по-моему, Ян просто не забивал себе голову вопросами философского свойства. Будучи обласканным властью, он демонстрировал лояльность официальному курсу, но о возвращении домой, похоже, даже не задумывался. Дети «Хитмена» родились в Европе, а росли они и вовсе в Америке, и я бы очень удивилась, если бы вдруг выяснилось, что Таю это не устраивает.

Как правило, те, кто чудом вырвался из дремучей глухомани, инстинктивно цеплялись за свое новое место жительства и старательно вили там гнездо – за минувшие годы и Ян, и его жена успели неплохо адаптироваться к американским реалиям, и я давала зуб, что в Штатах Агаповы чувствовали себя достаточно комфортно, чтобы не искать от добра добра.