Разреши себя любить

Слава богу, проснулись они не одновременно! Сначала свои глазоньки разлепил Михаэль. Закряхтел, завозился. Я тут же сунул ему бутылку с едой в рот. Причмокивая, он начал энергично лопать молочную смесь. Я даже порадовался, что пока все так просто. Бежать домой очень не хотелось. Мари нуждалась в полноценном отдыхе. Когда Михи поел, я извлек его из коляски и поставил вертикально. Честно говоря, не сильно помню зачем, но Мари велела сделать это обязательно. Я походил немного с ребенком на руках, рассказывая, что вот это дерево, это парк, а это его дядя Дэн, который его очень любит и никому не отдаст ни за какие миллионы.

Михи кряхтел, краснел, а потом… Мое плечо моментально пропиталось молочной рвотой. Я перепугано схватил ребенка и начал крутить. Михи подобное отношение не понравилось, поэтому он заорал, разбудив брата. Алекс зевнул, распахнул глаза, оценил обстановку и тоже принялся орать. Я скакал с ними вокруг лавки, совершенно не понимая, что делать. Если Михи отравился смесью, то давать ее Алексу нельзя! Но Алекс хочет есть, потому что соску он постоянно выплевывает. Что же делать? Что делать? Господи, что делать? Помогите кто-нибудь!

– Вам помочь? – обратилась ко мне милейшая фрау лет сорока.

– Чем? – рявкнул я на нее.

Она пожала плечами.

– Все равно мне кажется, вам нужна помощь.

– Его вырвало, – повернулся я к ней испачканным плечом. – Второй хочет есть…

Женщина оценила масштаб катастрофы.

– Ничего страшного, это простая отрыжка. Первый раз на прогулке с сыновьями? – Она достала бумажную салфетку и принялась оттирать с меня рвоту.

– Первый, – постарался улыбнуться я. – Жена устала, я хотел ей помочь.

– Понимаю. Мой тоже боялся всего, ребенок чихнет, а он уже в обмороке. – Она забрала… Она забрала… Я с ужасом понял, что забыл кто в каком боди. – У вас есть еда?

Я торопливо извлек из термоса бутылочку с едой для ребенка. Женщина удобно устроилась на лавочке, а я начал успокаивать… Черт! Я забыл кто какого цвета!

– Я троих вырастила, – говорила мне фрау, сюсюкаясь с ребенком.

Мой перестал орать и теперь причмокивал соской. – Как его зовут?

«В зеленом Михи, в голубом Алекс»? – вспыхнуло в памяти. Нет, не так, все наоборот! Или…

Фрау глянула на меня удивленно.

– Они близнецы, я их путаю. Один Алекс, второй Михи. Только я теперь не знаю, кто из них кто. Они совсем одинаковые. Жена еще как-то различает… по ушам… и этому… как его? Поведению…

– А вы ниточки на ручки привяжите, – рассмеялась женщина.