Опекун

 – Губы Алены дрогнули, она заплакала и вышла из квартиры.

– А нечего на правду обижаться! Оби-иделась она, – недовольно протянула Маргарита и пошла на кухню, чтобы приготовить ужин к приходу Леонида. – Если обиделась, так проваливай. Не держу!

Придя домой, Алена не стала ничего говорить Вяземскому, понимая, что она в душе опять мать простит и будет так же ходить к ней, а Вадим ей ничего не простит и не забудет. Вечером она занялась уроками, а потом решила устроить себе перерыв и послушать музыку в своей комнате.

Вадим в это время сидел в гостиной на диване перед телевизором и с увлечением смотрел биатлон. Он так громко болел за наших спортсменов, что его возмущенные возгласы были слышны Алене в ее комнате. Она улыбнулась и пошла посмотреть на страстного болельщика. Она задержалась в гостиной, с любопытством глядя на Вяземского и на то, как он неистовствует. Уходя, она бросила еще один взгляд на телевизионный экран.

– Ну, давай, давай, что же ты? Эх! – огорченно воскликнул Вадим, отчаянно хлопая себя ладонями по коленям, болея за российского спортсмена, пришедшего к финишу вторым.

– Нет, ну скажи ты мне, как в биатлоне можно прийти вторым, если кругом лес, а у тебя ружье за плечами? – делано возмутилась Алена, всплеснув руками, и улыбнулась.

Вяземский расхохотался и, шутя хлопнув ее ладонью по попе, потребовал:

– Иди и не мешай мне смотреть.

– Да пожалуйста, – рассмеялась она.

Оставив Вадима в гостиной, она вернулась к себе в комнату и, расположившись на кровати, громко включила музыку, надев предварительно наушники.

* * *

Вяземский, сидя в гостиной, услышал, как зазвонил городской телефон, и удивился. Им с Аленой редко звонили по городскому телефону, в основном на мобильники. Он не мог оторваться от экрана телевизора, так как транслировали заключительный этап эстафеты биатлонистов. Он все еще надеялся, что трубку возьмет Алена, но та, видно, этого делать не собиралась. Вадим вышел в прихожую, взял трубку и раздраженно бросил:

– Да! Вяземский!

– Вадим Георгиевич, как хорошо, что вы дома.

Я уже испугалась, что не дозвонюсь до вас. У Алены телефон не отвечает. Тут такое у нас… Такое случилось…

– Галина Дмитриевна, да говорите уже!

– Мать Алены мертва…

– Что значит мертва? – растерялся он. – Умерла?

– Ее убили. Отчим Алены ее и убил. Она же и пить после клиники бросила, а тут он пришел с друзьями, шумел очень, ругался, громкие крики слышались, а потом все стихло. Потом полиция приехала. Сейчас они еще там.