Йарахонг. Город тысячи храмов

Ногтями не подцеплялась, потайных защелок тоже было не видать. Верховный жрец ощупал ее целиком, простукал стенки и запятнанное недорисованным кружком дно, но так ничего и не нашел. Ему пришлось колупнуть щель между крышкой и корпусом ножом для писем, и тогда она поддалась.

Во все стороны прыснули злые колючие огоньки. Ударили в лицо, шею, руки, заскакали, прожигая деревянный пол. Завоняло горелым мясом. Жрец заорал и затрясся. В углах комнаты занимался пожар. Внезапно повеяло свежестью, потолок потемнел, набух влагой и пролился коротким крупным дождем.

Пронзительный вопль сотряс стены храма. Пара полированных стеклышек сорвалась с покатой стены и разлетелась брызгами.

– Догнать! Привести! Допросить!

Тяжёлые ботинки прогрохотали по полу, хлопнула дверь. Покои Росы заполнила тишина, перемежаемая всхлипами и невнятным бормотанием.

– У, выродки. Сколько можно терпеть. Ох, больно-то как. Ну, они у меня попляшут. Кровью умоются. А я этому паразиту еще и яблоко! Вот ублюдок – невинным прикинулся.

* * *

Яблоко было круглым, большим, зеленовато-желтым. Юржин с хрустом прокусил кожуру, и рот наполнился сочной кисловато-сладкой мякотью. Он шёл, почти не глядя по сторонам. Обратный путь показался ему гораздо короче и закончился одновременно с яблоком.

Девушки из храма Искр на прежнем месте не было. На краю мостовой ярким пятном желтела брошенная накидка.

Юржин завертел головой. Поблизости тоже оказалось пусто. Что ж, возможно, она почувствовала себя лучше и не стала дожидаться его, а накидку уронила и забыла.

Юржин пожал плечами. Стоило все-таки поторопиться и найти постоялый двор, где его ждет дядя. Ох, и влетит ему за такую долгую прогулку! Юржин поежился и развернулся. Как там она говорила? Сразу за большой оливой налево, а потом… Он резко остановился. Навстречу ему из-за поворота выбежали четверо в бирюзовом с вышитыми каплями.

– Это он! – выкрикнула Мальда, – Недалеко ушел, гад!

– Да не ори ты! – рявкнул ее спутник с перекошенным от гнева лицом.

Кто-то из прохожих обернулся. Юржину бы бежать, но он остолбенел и не мог сдвинуться с места. Его обступили со всех сторон, крепко ухватили за руки и повели. Он дернулся было, но впустую.

* * *

В обеденном зале «Сурового кувшина» было просторно. Свет лился сквозь широкие окна.