Наследники Белого слона

И Дрипзетта оттаяла!

Она измалевала всю мордочку, съела губную помаду, высосав заодно из тюбиков то, что ещё оставалось от туши для ресниц и тонального крема; а когда в её поистине бездонной утробе исчезли остатки шампуня, чистящее средство для ванны и банка ароматической соли, – мы были уже лучшими подругами! Духи она вылила на себя все сразу, и еле удержалась, чтобы не слопать и флакон, но он был такой красивый!..

Кстати, когда я отмыла её от фермерского прошлого, выяснилось, что она очень даже симпатичная куклёшка.

Только вот Дрипс, вернувшись с ближайшей свалки домой, перепугался, увидав супругу в макияже, да в квартирке нашей долго ещё стоял приторно-сладкий неистребимый аромат, вызывавший недоумение у редких посетителей.

***

Б.Б. уволил часть рабочих и административных работников.

– Я не могу позволить себе благотворительность, – рявкнул он по телефону, – я практически банкрот!

Я поняла намёк, и постаралась сосредоточиться на работе. Теперь мне приходилось таскаться с костылями по всему городу и даже заменять его в офисе, покуда он пытался выклянчить кредиты.

Маленькой рыбёшке нелегко среди больших акул, а наша "Фарма – Х" была к тому же лакомым кусочком, и многим бы хотелось прибрать её к рукам, – но без нас. Б.Б всегда пытался вести дела честно: скажем, подпольное производство наркотиков в наших лабораториях – это было не для него. Те же, кто зарились на "Фарму", были людьми широких понятий и весьма расплывчатых принципов, и такой им был не нужен.

Поэтому, стоило только компании уплыть в чужие руки, как его вышибли бы вон – и меня заодно… А тут ещё пропажа документов!.. Я чувствовала себя загнанной в угол: боль, костыли, деньги, работа, страх, снова боль… Передо мной отчетливо вырисовывались два варианта: нищета, если я завалю всю работу, или психушка, если я объясню, как они пропали.

И тут, на моё счастье, кто-то ссудил-таки Б.Б нужную сумму. На радостях босс вдруг заявил, что, дескать, пусть пока все "бумажки" полежат у меня, а спустя какое-то время даже передал мне ещё целую кучу документации, чтобы я могла продолжать работать дома.

Не успела я расчувствоваться по поводу такой заботливости, как дрипсы сожрали и это.

Будь я тогда в нормальном состоянии духа, бессовестных обжор ожидало бы нечто почище казней египетских! Но мне вдруг стало не до них: внезапно, ниоткуда, точно ветер пригнал чёрное облако, которое заволокло всё вокруг, меня придавило ощущение неведомой опасности.