Наследники Белого слона

Парень побледнел, глаза его забегали по сторонам, он безуспешно попытался вырваться, а потом изобразил крайнее удивление:

– Что это значит? Пусти… О чём это ты? Я ничего не знаю!..

Тогда человек, удерживавший его, незаметным движением переместил руку чуть вверх, и ловким приёмом защемил ему кожу на шее:

– Ты прекрасно знаешь, о чём речь! – и дружелюбно предложил: – Хочешь, сдам тебя легавым?..

Едва сдерживаясь, чтобы не закричать, смазливчик выплюнул:

– Она – сама! – сама меня трахнула… Я знать её не знаю! Я с ней даже не разговаривал… – Нападавший ослабил хватку, и юнец решил перейти в наступление: – А ты кто такой?! Её папаша? Может, полисменам будет интереснее пообщаться с тобой?.

.

Железные пальцы снова впились в его шею:

– Ну-ка, постарайся припомнить хорошенько всё, что было!..

– Да ничего больше и не было, кретин! Девка, похоже, тронулась, а я-то причем?..

Он подумал, что слова юнца не лишены смысла: в самом деле, это всё объясняло. А сопляк тем временем вдруг посерел, выпучил глаза и, чуть не подавившись слюной, прохрипел:

– А если… если она была – больная?! Заразная… А?.

.

***

В самолете он продолжал думать об этой трагедии. Лицо рыжеволосой не выходило у него из головы. Ему казалось теперь, она чем-то напоминала ту, что он любил когда-то… Хотя нет. Не было между ними никакого сходства. Разве что возраст и – загадочная гибель. Столько лет прошло, а он так ничего не смог узнать. И доказать ничего не смог.

Застарелая душевная боль тисками сжала грудь, и он малодушно пытался прогнать воспоминания прочь, возвращаясь мыслями к недавнему трагическому случаю.

Словно нарочно перед этим в аэропорту он опять столкнулся с той размалёванной старухой с корабля – многие из тех, кого он приметил на судне, воспользовались этим же рейсом. Она стояла впереди у стойки регистрации. И пока прекрасное создание в униформе компании "Australian Lines" оформляло её на рейс, и он успел не только разглядеть старуху во всех подробностях, вплоть до маленького синеватого треугольничка шрама за ухом, и даже ухитрился заглянуть в её паспорт.

Потом во время долгого перелета, он мучился тем, что не мог припомнить имя старухи – оно было чересчур вычурным, аристократическим. Было и ещё что-то, беспокоившее его, но он никак не мог ухватить – что же именно?.. И уже в такси, мчащем его по ночному шоссе в город, он сообразил: такое же синее приметное пятнышко-шрам в форме треугольника – или это была тату? – он видел на шее Рыжеволосой.