Новогоднее кафе

Ты поранил палец и знаешь, что тебе должно быть больно. Но ни страха, ни сочувствия нет. Ничего нет.

С легким прищуром Вера взяла салфетку и простой карандаш, предназначенный для детей, и начала рисовать загогулинки, трансформировавшиеся то в каракули в виде замысловатых фигур, то в маленькие решетки, соединяющиеся с собой тонкими линиями, испещренными шипами посередине. Отвращение не к рисунку, а к самой себе из-за того, что она не знала, как закончить его или превратить во что-то более или менее завершенное логически, заставило ее разорвать салфетку на мелкие кусочки и взять новую.

Но и тут неудача. Не успев начать творить, Вера с такой силой надавила на карандаш, что тот треснул пополам. Однако грифель на кончике устоял. Таким рисовать вряд ли получится – того и гляди лохматость в рисунке образуется и жирные линии подпортят все остальное. И так все сначала – новая салфетка. Рисовать было нечем, правда. Крутя ее в руках туда-сюда, Вера подавляла в себе импульс сделать с ней что-нибудь креативное, боясь напортачить. Лучшее, что Вера сумела придумать, – это скомкать салфетку, а затем так же порвать ее на кусочки, как и предыдущую. Официант неодобрительно взглянул на это безобразие на столе и, ничего не сказав, быстро сгарнул мусор себе в руки. Уходя, он покачал головой.

– Все работой едина?

– Да нет. – С легким прищуром глядела Вера на салфетницу.

– Мне тут птичка напела, что ты просила о повышении.

– Было дело.

– Так вот, местечко-то уже занято.

– Кем? – Вера даже не удивилась.

– Кем-кем. Каким-то дружком нашего босса. Полнейший дилетант в нашем деле. По логике нужно было назначить тебя, конечно… Не потому даже, что ты уже здесь вечность, а… Кстати, сколько ты уже работаешь у нас?

– Лет пять.

– Ну да… Больше меня. И результаты показываешь вроде приличные… Все обращаются к тебе за советом и помощью. Вон телефон твой даже сейчас разрывается от сообщений и звонков. Я бы свихнулась. Между прочим, один из наших заказчиков охарактеризовал тебя так – бесценный идеальный бриллиант в неправильной оправе.

Завернул, конечно. Да и что он имел в виду, хрен поймешь. Запал на тебя? Признайся – шашни с ним крутила, небось, да?

– Нет.

– Ну поройся в загашнике своего разума. Забыла просто небось…

В ответ стеклянный взгляд.

– Ну и ладно…В общем, тю-тю твоему повышению.

– Чему быть, того не миновать, – равнодушно высказалась Вера.

– Правильно. Хочешь мое личное мнение на этот счет? – Вера не хотела, поэтому промолчала.