Миллионы вероятных шагов

Мы страдали из-за своих убеждений, но никогда не отступали от них. Я не буду знать покоя, если не попробую всё исправить. Даже ценой своей жизни.

«Даже ценой незаконченного эксперимента, который для меня дороже всего» – мрачно подумал Михвелс, ещё раз вспоминая, всё ли он спрятал в надёжный тайник.

Герлинна судорожно всхлипнула, закрыв лицо руками. Из её золотистых глаз скатилось несколько янтарных слезинок. Расставание было выше её сил и, забыв все приличия и условности, она бросилась к брумнту, нежно обняв его за шею.

– Обещай, что вернёшься! – прерывисто прошептала она, не сводя с него глаз. Такой бесконечной любви и преданности в них не видел ещё никто.

Михвелс оторопел. Он догадывался, но только сейчас понял, что чувствует к нему эта девушка. И это открытие смутило, встревожило и ошеломило.

– Я не стану этого обещать – хрипло прошептал он, слегка касаясь ярко-рыжих волос кончиками пальцев – Потому что могу нарушить слово.

Герлинна прижалась ещё сильнее, понимая, что может его потерять.

Она любила его сильно, безответно и горячо. И мысль о том, что они могут никогда не увидится, сводила с ума.

– Тогда обещай, что не забудешь меня. Дай слово, что всегда будешь помнить этот миг.

Михвелс смотрел на неё сверху вниз, пытаясь понять, почему сердце стало взволнованно биться. И не существовало в этот момент никаких преград и расстояний – только волшебный, чарующий взгляд напротив.

– Обещаю – тихо вымолвил он, растворяясь в прекрасных золотистых глазах.

*******

Посадка на межпланетный корабль велась по всем правилам. Механизмы и приборы проверяли готовность пассажиров к полёту, оценивая их здоровье и душевное состояние, а так же включая всех в учётные списки. Тем, кто был не готов, предлагалось отложить путешествие на другое время. А всем, кто был ещё не в курсе последних новостей, сообщалось об эпидемии на планете. И хотя карантин там распространялся только на местное население, Мовиган ввёл ограничение на возврат людей с Авмира.

Получалось, что лететь туда могли все желающие, но вот, чтобы вернуться, необходимо было провести достаточное время в карантине. Такая мера, безусловно, считалась правильной, потому что здоровье многих рас Ивилона не могло быть на последнем месте. Но, несмотря на ограничения, мест на межпланетном корабле почти не осталось. Из пяти тысяч пассажиров, только пятнадцать отказались от полёта из соображений собственной безопасности.