Миллионы вероятных шагов

– К тому же, если помнишь, именно Мовиган простил ваш народ.

Эти слова были ошибкой. Михвелс вздрогнул, словно его ударили. Белое лицо стало ещё бледнее, а в карих глазах вспыхнул зловещий огонь.

– Простил нас?! – грозно воскликнул он, сжимая кулаки – Ты понимаешь, что говоришь?! Брумнты никогда не были предателями! Нас не за что прощать!!! Из-за таких, как Мовиган, мы провели столетия в бегах!!! Нас убивали, проклинали, преследовали по всей планете! Нас хотели уничтожить – всех, до единого, только потому, что мы многое знали! И ты мне говоришь, что он нас простил?! Да я ненавижу их всех, кто называет себя правителями!

Михвелс резко замолчал.

Звенящая тишина пронзала воздух, смешиваясь с запахом сирени, дыма и едкого тумана. То, что он сказал – равносильно самоубийству. Говорить о правящей династии в таком тоне – значило распрощаться с жизнью в считанные часы. И то, что в порыве несдержанности Михвелс забылся, наполнило душу смятением и тревогой. Не было легче даже от того, что свидетель пламенной речи был другом.

Флеокс и в самом деле смутился, совершенно не ожидая столь бурной реакции на свои слова. Будь он расчётливым человеком – тотчас бы отправился к Мовигану и сообщил о бунтовщике. Но он был другом, и сделал то, что, наверное, считал правильным – попытался разрядить обстановку нелепой шуткой.

– Услышал бы Мовиган – лопнул от злости. А ты ненавидишь даже Герли?нну? Мне казалось, она тебе нравится.

Михвелс тяжело дышал. За эти несколько секунд тишины, он слишком чётко осознал свою чудовищную ошибку.

Все исследования и свою цель он только что поставил на грань уничтожения. Какая глупость. Непростительная опрометчивость. Но такие уж все брумнты – вспыльчивые и несдержанные. Поэтому когда Флеокс попытался сгладить ситуацию, напомнив о девушке – чувство полного смятения лишило дара речи.

– Герлинна?.. Нет… конечно, я не испытываю к ней ненависти…

Михвелс шумно вздохнул, чуть дрожащей рукой вытерев пот со лба. Он только сейчас ощутил невероятный озноб.

– Я к ней хорошо отношусь… хоть она и дочь Мовигана…

– Ну вот и славно – улыбнувшись, и считая размолвку законченной, выдохнул Флеокс.

Он подошел вплотную к растерянному другу, положив руку ему на плечо. В оранжевых глазах светилась забота и искреннее волнение за душевное благополучие приятеля.

– Тебе необходимо отдохнуть. Ты слишком много работаешь в последнее время. Это неправильно. Надо беречь силы, чтобы иметь шанс прийти к своей мечте.